Главная
Новости сайта
Анатомия профессии
Основные даты
Жилые дома
Общественные здания
Градостроительство
Архитектурные конкурсы
Недостоверные объекты
Карта Киева
Архив
Библиотека об Алешине
* Публикации
* Тематические блоги
* Журналы, газеты
* Видеоматериалы
Глоссарий
Книжная полка
Ссылки
Автора!
Гостевая книга
 
Поиск







Copyright © 2000—
Вадим Алешин
Публикации

Мастера советской архитектуры об архитектуре
Избранные отрывки из писем, статей, выступлений и трактатов в двух томах
Том первый

Примечания:

1. V Триеннале состояла из двенадцати персональных экспозиций: 1 - А. Сант-Элиа, 2 - Ш. Ле Корбюзье и П. Жаннере, 3 - А. Лооса, 4 - Э. Мендельсона, 5 - Л. Мис ван дер Роэ, 6 - В. Гропиуса, 7 - В. М. Дудока, 8 - Ж. Гофмана, 9 - Ф. Л. Райта, 10 - А. Люрса, 11 - К. С. Мельникова, 12 - О. Перре. Вернуться в текст

 


КОНСТАНТИН СТЕПАНОВИЧ МЕЛЬНИКОВ
(1890-1974)

Константин Степанович Мельников - советский архитектор, чьи произведения, в свое время вызывавшие непримиримые споры, сегодня воспринимаются как яркие примеры советской архитектуры 20-х годов. Мельников внес вклад в формирование новых типов зданий, выдвинул множество совершенно новых композиционных идей и повлиял на развитие современной архитектуры не только в нашей стране, но и за ее рубежами.

Мельников родился в Москве 22 июля (3 августа) 1890 года, в семье рабочего, выходца из крестьян Нижегородской губернии. После окончания четырехклассной приходской школы он был в тринадцать лет отдан в качестве "мальчика" в теплотехническую фирму "Торговый дом Залес-ский и Чаплин". Совладелец фирмы - известный русский теплотехник В. М. Чаплин, заметив художественную одаренность подростка, помог ему подготовиться к поступлению в Московское училище живописи, ваяния и зодчества (1905) и поддерживал его в годы учения. Чаплин же повлиял и на окончательный выбор профессии, настояв, чтобы Мельников по окончании в 1913 году живописного отделения Училища продолжал обучение на отделении архитектуры.

Живописи Мельников учился у С. В. Малютина, К. А. Коровина, Н. А. Касаткина и, много работая в дальнейшем как живописец, навсегда остался верен заветам своих учителей. В архитектуре его педагогами были Ф. О. Богданович, С. В. Ноаковский, И. А. Иванов-Шиц. В его учебных проектах по заданиям, неизменно сочетавшим функциональную программу с указанием на конкретный исторический стиль выполнения, учителя отмечали чувство стиля. Еще студентом Мельников, под руководством А. В. Кузнецова и Л. А. Лолейта, оформил фасады строившегося тогда завода АМО (ныне ЗИЛ). Диплом архитектора Мельников получил в 1917 году. После Октябрьской революции он в качестве одного из "двенадцати мастеров" включился в работу архитектурной мастерской Моссовета, руководимой "старшими мастерами" - Жолтовским и Щусевым.

Из-за тяжелых материальных условий жизни и отсутствия в те годы всякого строительства мастерская на первых порах не смогла предложить молодым архитекторам практической работы, но стала для них своеобразной дополнительной школой: они выполняли пол у учебные проекты, соревновались в искусстве графического и теоретического анализа памятников мирового зодчества. В мастерской Моссовета Мельников разработал проект планировки Бутырского района для плана "Новой Москвы", проект поселка московской психиатрической клиники и ряд других. Проект поселка для клиники был его последней работой в "классическом стиле": Мельников навсегда сохранил чувство глубокой признательности к Жолтовскому и Щусеву - своим учителям тех лет, но его собственное творчество пошло совершенно самостоятельным путем.

Начиная с первых лет становления советской архитектуры произведения Мельникова выделялись оригинальностью планировочных и пространственных решений, индивидуальным подходом к функциональным программам и своеобразием авторского "почерка". Его практика соответствовала его же тезису: "Творчество там, где можно сказать - это мое".

К. С. Мельников. Конкурсный проект застройки квартала по Серпуховской улице в Москве с показательными домами для рабочих.
1922-1923.

Проекты Мельникова привлекли внимание на первых крупных послереволюционных московских конкурсах 1922-1923 годов (на показательные дома для рабочих районов Москвы, Дворец Труда и др.), а построенный им на первой Всероссийской Сельскохозяйственной выставке небольшой специализированный павильон "Махорка" был воспринят как программный манифест. Творчество Мельникова получило общественное признание: ему даются интересные заказы (проект Ново-Сухаревского рынка, 1924, и др.) и, главное, - он приглашается участвовать в заказных конкурсах, соревнуясь с признанными мастерами. В 1924- 1925 годах он побеждает подряд в трех конкурсах: на проект саркофага для Мавзолея В. И. Ленина (осуществлен), на проект здания для московского отделения "Ленинградской правды", на проект павильона СССР для Международной выставки декоративных искусств в Париже.

К. С. Мельников. Павильон "Махорка" на Первой Всесоюзной сельскохозяйственной выставке в Москве.
1923.

Построенный в 1925 году Советский павильон оказался новым словом в мировой выставочной архитектуре. Тогда же Мельников построил в Париже комплекс торговых киосков, экспонировал свои предшествовавшие проекты и по заказу парижских властей выполнил два проекта многоэтажных гаражей (один из них своей смелой конструктивной идеей предвосхитил искания западной архитектуры на 30 лет). Таким образом, творчество Мельникова с самого начала стало знакомо мировой архитектурной общественности и вызывало неизменный интерес в дальнейшем: Мельников участвовал в международных архитектурных выставках в 1926 году в Варшаве, в 1927 году - в Нью-Йорке, а в 1933 году был приглашен в числе крупнейших архитекторов из разных стран показать свою персональную экспозицию на V Триеннале декоративных искусств в Милане [1].

К. С. Мельников. Павильон СССР на Международной выставке декоративных искусств в Париже.
Общий вид, перспектива. 1925.

К. С. Мельников. Проект гаража на 1000 машин в Париже.
1925. Фасад, план.

Во второй половине 20-х годов Мельников спроектировал серию гаражей, серию клубов, выставочные павильоны, собственный дом, серийные жилые дома, памятник Колумбу для Санто-Доминго и многое другое. Значительная часть его проектов этих лет была осуществлена (четыре гаража в Москве, шесть клубов в Москве и Подмосковье, собственный дом, павильон СССР на ярмарке в Салониках и др.), благодаря чему Мельников оказался в числе тех архитекторов-новаторов 20-х годов, которые больше других работали в строительстве (правда, значительную часть его построек составляли временные сооружения).

К. С. Мельников. Конкурсный проект памятника Колумбу в Санто-Доминго.
1929.

В первой половине 30-х годов Мельников выступил с рядом градостроительных и объемных проектов (экспериментальный городок отдыха "Зеленый город", планировки Арбатской площади, района Лужников, Центрального парка культуры и отдыха им. Горького, набережных и др.; проекты Театра МОСПС, здания Наркомтяж-прома на Красной площади, павильона СССР для Международной выставки в Париже 1937 г. и др.), руководил Седьмой архитектурной мастерской Моссовета.

Произведениям Мельникова - очень различным, даже в тех случаях, когда это были однотипные сооружения, например клубы или гаражи, - свойственны в то же время общие черты. Мельников считал, что архитектор не должен воспринимать функциональное задание только как не подлежащую никаким изменениям данность. По его мнению, специфика архитектурной профессии позволяет предложить развитие и углубление первоначально заданной лишь в виде схемы функции; в этом творческом принципе - источник множества его новаторских идей. Многие проекты Мельникова решены им как полифункциональные здания.

Считая архитектуру самым сильным по своему воздействию искусством, Мельников стремился с помощью архитектурных форм активно воздействовать на восприятие зрителя, руководить эмоциями человека с помощью архитектурной пластики, решения пространств, их пропорций, характера освещения, с помощью смены впечатлений по мере движения вокруг и внутри здания.

К. С. Мельников. Клуб им. Русакова в Москве.
1927. Общий вид, план, разрез.

Произведения Мельникова, как правило, отличаются динамичной экспрессивностью. Его любимые профессиональные приемы - использование консольных форм, активизация диагональных осей в пространстве и на плоскости, контрасты в трактовке одинаковых или сходных форм ("симметрия вне симметрии"), обращение к таким геометрическим фигурам и телам, которые относительно редко применяются в архитектуре (треугольник, параллелограмм, дуга, парабола, цилиндр, конус и т. д.).

Динамика в ряде мельниковских проектов проявляется не только в специфичных объемно-пространственных формах, то есть образно, но выдвигается им как реальное и действенное движение: Мельников предложил ввести вращение самих архитектурных объемов (проекты здания "Ленинградской правды", памятника Колумбу, Театра МОСПС) и трансформирование внутренних пространств подвижными диафрагмами различных форм (проекты клубов). Та и другая идеи были выдвинуты и разработаны им одним из первых в мире.

К. С. Мельников. Конкурсный проект Театра МОСПС.
1931. Перспектива, планы.

К. С. Мельников. Конкурсный проект Театра МОСПС.
1931. Разрез

Считая технику, в том числе и самую современную, лишь рабочим средством в руках архитектора, Мельников дал примеры создания новаторских пространственных конструкций (проекты гаража над парижскими мостами, клуба фабрики "Свобода", собственный дом, проект павильона для выставки в Нью-Йорке и многие др.). Работам Мельникова свойственна острота образной выразительности, смелость и неожиданность форм, романтическая окрыленность. Сам автор некоторые из своих форм любил истолковывать символически.

К. С. Мельников. Дом архитектора в Кривоарбатском переулке в Москве.
1927-1929.

Мельников - яркая индивидуальность и одновременно типичнейший представитель русского искусства послереволюционных лет, советской архитектуры 20-х годов, еще точнее - ее новаторской "московской школы".

Новаторство и индивидуальное своеобразие произведений Мельникова с самого начала давали обильный материал для происходивших тогда острых творческих дискуссий. Мельников входил в организацию АСНОВА (Ассоциация новых архитекторов), членов которой (в первую очередь Мельникова) за повышенное внимание к художественным вопросам архитектурной композиции и интерес к закономерностям построения и восприятия формы резко критиковали как конструктивисты (ОСА), так и члены ВОПРА (Всероссийского общества пролетарских архитекторов). Начавшийся в 30-х годах поворот к использованию классического наследия определил и закрепил отрицательное отношение к произведениям Мельникова. Сам он, сделав в ряде проектов переходных лет попытку пластически и декоративно "обогатить" архитектурные массы введением скульптуры, орнамента, некоторых декоративных деталей (что было тогда свойственно работам большинства архитекторов), принципиально не вернулся к повторению "вечных форм" классики, которые он в свое время глубоко проштудировал на школьной скамье и которые теперь спешно изучало молодое поколение архитекторов. Мельников вынужден был отойти от архитектурного проектирования и преподавания. Он занялся в это время живописью, но через несколько лет вернулся к преподавательской работе.
К. С. Мельников. Конкурсный проект Дома Наркомтяжпрома на Красной площади в Москве.
1934.

В послевоенные годы Мельников несколько раз выступал в архитектурных конкурсах (проекты Пантеона-1953, монумента в память 300-летия воссоединения Украины с Россией - 1954, Дворца Советов - 1958, павильона СССР для выставки в Нью-Йорке - 1963, детского кинотеатра - 1967 и др.). В эти же годы он продолжал преподавательскую деятельность, начатую им еще в 1921 году во Вхутемасе. Он был удостоен званий доктора архитектуры, заслуженного архитектора РСФСР. Его творчество было показано на большой персональной выставке в 1965 году. К. С. Мельников умер 28 ноября 1974 года.

Сам Мельников сравнительно редко выступал в печати или на творческих дискуссиях, однако он не принадлежал к числу тех архитекторов, которые графический язык своей профессии считают единственным способом самовыражения. Еще в 20-х годах Мельников выступал с докладами по актуальным творческим вопросам в АСНОВА и ИНХУКе (не сохранились). Среди его публиковавшихся статей некоторые являются выступлениями в дискуссиях, в 30-х годах проводившихся журналом "Архитектура СССР". Особое значение у Мельникова имеют тексты, относящиеся к его проектам, - пояснительные записки, соответствующие статьи в периодической печати и более поздние заметки, наполовину программные, наполовину автобиографические по содержанию. В последние годы жизни важным разделом литературной работы Мельникова была большая автобиографическая рукопись. Нее написанное Мельниковым, подобно его архитектурному творчеству, отличается своеобразием мыслей, необычностью формы, экспрессивностью и полемичностью. Он не склонен к спокойному, бесстрастному изложению, а выступает напористо, стремится захватить и убедить читателя. Его язык, нередко умышленно отступающий от общепризнанных стереотипов, бывает парадоксален, вызывающ, колюч. Мельников охотно употребляет афористическую форму выражения. Одновременно он использует ассоциативные образы, прибегает к повторам одинаковых или близких по звучанию, но разных по смыслу слов. Иногда в построении его фраз есть внутренний ритм, нередко еще усиливающийся начертанием - выделением отдельных строк и слов шрифтом, подчеркиванием, размещением или даже цветом. Все это невольно напоминает свойственное мельниковской архитектуре стремление "управлять глазом, как музыкант управляет слухом".

Автор А. А. Стригалев

 

К началу страницы
Содержание
Лазарь Лисицкий. Из "Тезисов к Проуну (от живописи к архитектуре)"  Константин Мельников. Отдельные высказывания об архитектуре и архитектурном творчестве