Главная
Новости сайта
Анатомия профессии
Основные даты
Жилые дома
Общественные здания
Градостроительство
Архитектурные конкурсы
Недостоверные объекты
Карта Киева
Архив
Библиотека об Алешине
* Публикации
* Тематические блоги
* Журналы, газеты
* Видеоматериалы
Глоссарий
Книжная полка
Ссылки
Автора!
Гостевая книга
 
Поиск







Copyright © 2000—
Вадим Алешин
Публикации

Мастера советской архитектуры об архитектуре
Избранные отрывки из писем, статей, выступлений и трактатов в двух томах
Том первый

Примечания:

1. Летом 1920 г. на выставке работ Живскульптарха среди других работ Ладовского демонстрировался его проект "Архитектурное явление коммунального дома"; к фасаду этого проекта подклеен листок, на котором карандашом рукой Ладовского написано это своеобразное творческое кредо (ГНИМа, Р 1а 1644). Вернуться в текст
2. Определение предложено Н. А. Ладовским на заседании Группы объективного анализа ИНХУКа в январе 1921 г. в ходе проходившей там многодневной дискуссии на тему: "Анализ понятий конструкции и композиции и момент их разграничений" (частный архив). Вернуться в текст
3. Имеются в виду другие рабочие группы ИНХУКа. Вернуться в текст
4. В это время еще продолжалась дискуссия о композиции и конструкции в рабочей группе объективного анализа ИНХУКа. Вернуться в текст
5. Это Ладовский говорил на первом заседании рабочей группы архитекторов 26 марта 1921 г. На другой день (27 марта) на заседании программной комиссии он не только более детально развил положения программы, но и, видимо, уточнил последовательность "главнейших элементов" архитектуры - пространства, конструкции и формы, так как в программе "форма" поставлена на второе место. Вернуться в текст
6. Ладовский отвечает на критику Петровым первого варианта проекта Программы рабочей группы. Петров считал недоказательным положение Программы, что пространство необходимо изучать в первую очередь. Вернуться в текст
7. Имеется в виду старое здание Московского университета. Ладовский полемизирует тут с Петровым, который говорил: "Ладовский сам согласен, что элементы восприятия - область экспериментальной психологии. Но если взять тот или иной памятник архитектуры, например наш Московский университет, ну манеж, что ли. Спрашивается: разве не важно исследовать элементы восприятия, порождаемые их архитектурными формами, например, с точки зрения их органичности, механичности и т. п." (частный архив). Вернуться в текст
8. Ладовский говорит о проекте Программы рабочей группы архитекторов ИНХУКа. Вернуться в текст
9. Основы построения теории архитектуры. - "Известия Ассоциации новых архитекторов", М., 1926, стр. 3-5. Вернуться в текст
10. Статья опубликована в выпуске "Известия АСНОВА" (1926) и датирована 25. III. 26 г. Ладовский начиная с 1920 г. неоднократно ставил вопрос о создании при архитектурном факультете Вхутемаса "исследовательского иута" для изучения "формы с точки зрения ее самостоятельного бытия и восприятия". В ноябре 1926 г. на академической конференции архитектурного факультета Ладовский выступил с докладом на эту тему. В резолюции, принятой по докладу Ладовского, отмечалось, что конференция считает своевременной организацию исследовательской лаборатории (ЦГАЛИ, ф. 681, оп. 2, д. 177, л. 72). В 1927 г. во Вхутемасе Ладовский создал "архитектурную лабораторию", которой он и руководил. Вернуться в текст
11. Из доклада Н. Ладовского на конференции окончивших Вхутеин (1929). Фрагмент этого доклада (по неправленной стенограмме) был приведен в статье Р. Хигера в журнале "Современная архитектура", 1929, № 4, стр. 143-144. По статье Хигера и дается публикуемый отрывок. Вернуться в текст
12. Журнал "Строительство Москвы", 1930, № 1, стр. 17-20. Вернуться в текст
13. Журнал "Строительство Москвы", 1930, № 3, стр. 9-13. Вернуться в текст
14. Статья является развернутой пояснительной запиской к конкурсному проекту Н. Ладовского "Зеленый город". Вернуться в текст
15. Журнал "Советская архитектура", 1931, № 1-2, стр. 21-28. Вернуться в текст
16. Речь идет о жилом комплексе при Горьковском автозаводе. Вернуться в текст

 


НИКОЛАЙ АЛЕКСАНДРОВИЧ ЛАДОВСКИИ
(1881-1941)

ИЗ ПРОТОКОЛОВ ЗАСЕДАНИЯ КОМИССИИ ЖИВОПИСНО-СКУЛЬПТУРНО-АРХИТЕКТУРНОГО СИНТЕЗА [1919 г.]

О специфике архитектуры как искусства и характере ее взаимодействия со скульптурой

[Ладовский предлагает] ...прежде всего договориться до определенной формулировки слов "архитектура" и "скульптура" [...] Дает свою формулировку, указывая, что он нарочито, для большей ясности, суживает понятие архитектуры и расширяет понятие скульптуры.

Архитектура - искусство, оперирующее пространством. Скульптура - искусство, оперирующее формой.

Например, убранство стен раскраской по существу будет живописью, но если оно так расположено, что помогает почувствовать пространство, оно является средством архитектуры. Другой пример - филенки на стене по существу скульптура, но если они дают возможность почувствовать, прочесть пространство - это архитектура. [...]

О роли и взаимоотношении в архитектуре пространства, формы, конструкции и материала.

[...] Архитектор, задумывая то или иное сооружение, должен прежде компоновать только пространство, не интересуясь материалом и конструкцией, потом уже должен начать думать об этом - так легче работать и результаты будут четче и лучше. [...] Пространство хотя и фигурирует во всех видах искусства, но лишь архитектура дает возможность правильного чтения пространства.

Конструкция же входит в архитектуру постольку, поскольку она определяет понятие пространства. Основной принцип конструктора - вкладывать минимум материалов и получать максимум результатов. Это ничего общего с искусством не имеет и может лишь случайно удовлетворять требованиям архитектуры. [...]

О роли новаторства и преемственности в процессе создания нового стиля

Знания, с одной стороны, мешают, с другой - помогают. Незнающий человек может сделать так, как уже было; с другой стороны, новые архитектуры создавались дикарями, пришедшими в соприкосновение с культурой. Так была создана готика. Пришли дикари, увидели новую для них архитектуру, не поняли ее и создали новую; римляне, имевшие много вполне законченных форм, не могли двинуться дальше. Все дело в степени знания. Большие знания в этом смысле вредны.

Мы находимся в благоприятном положении, мы не так много знаем, но кое-что все же изучали. Нам нужно знать старое, но не так, чтобы от нас пахло нафталином. Готика получилась от скрещения знания со свободой. Так и мы; кое-что мы знаем, но в то же время настолько свободны, чтобы творить. [...]

Главная наша задача - создать новый стиль.

О роли пространства в архитектуре и о характере синтеза архитектуры, скульптуры и живописи. [1]. 1920 г.

Чудеса делает техника.

Чудеса должны быть сделаны в архитектуре.

Чудеса древних были построены рабским трудом масс и главное в них - количество труда.

В пространстве витающие архитектурные чудеса современности построены будут искусством плюс ум и главное в них будет - количество ума.

Пространство, а не камень - материал архитектуры. Простран-ственности должна служить скульптурная форма в архитектуре.

Пространственности, а затем скульптурной форме должна служить живопись в архитектуре. В таком их соподчинении и я признаю их синтез в архитектуре.

ОПРЕДЕЛЕНИЕ ТЕХНИЧЕСКОЙ КОНСТРУКЦИИ. [2] 1921 г.

Техническая конструкция - соединение оформленных материальных элементов по определенному плану-схеме для достижения силового эффекта.

В идеальной технической конструкции должно быть:

а) материальные моменты преобразовывают [слово пропущено] действующих сил. Служат передаточной инстанцией на пути движения их,

б) напряжение (материальных элементов) должно быть на границе предела упругости (этим же определяется и пропорция частей),

в) молекулярные силы материи должны быть использованы в сторону наибольшей их сопротивляемости.

г) не должно быть лишних материалов, элементов и лишнего материала.

ИЗ ПРОТОКОЛОВ РАБОЧЕЙ ГРУППЫ АРХИТЕКТОРОВ ИНХУКа. 1921 г.

О программе рабочей группы архитекторов

Задачей нашей группы является работа в направлении выяснения теории архитектуры. Продуктивность этой работы - от скорейшей разработки программы, выяснения методов исследования и выяснения материалов, которыми можно располагать, как подсобными, в работе. План работы грубо можно разбить на три основных пункта: I) собирание теоретических учений и готовых теорий по архитектуре всех теоретиков, II) выработка соответствующего материала из теоретических учений и изысканий, добытых в области других искусств, но являющегося общим для архитектуры, и III) изложение собственных теоретических воззрений на архитектуру. Результатом этих работ должно быть составление иллюстрированного словаря, точно устанавливающего терминологию и определение архитектуры как искусства, ее отдельных свойств, качеств и т. д., взаимоотношение архитектуры с другими искусствами. Указанные три пункта охватывают собой прошлое - с тем, "что делалось", настоящее - с его "что делается" и будущее - с тем "что должно быть достигнуто" в области теоретического обоснования архитектуры. Комиссия, которую необходимо будет создать для выработки программы, должна будет развить обоснование предлагаемой нами программы. [...]

Перед нами стоит задача - изучение элементов, качеств и свойств архитектуры. Здесь необходимо начать исследовательскую работу, с одной стороны, с наиглавнейших свойств архитектуры, с другой - исследовать те ее свойства, которые, будучи ей родственными, уже изучаются другими существующими группами Института [3]. Сейчас там очередным является исследование конструкции и композиции [4]. Для архитектуры главнейшими элементами являются: пространство, конструкция, форма, а затем следуют другие ее элементы. Вот сжато схема программы [5]. Но, конечно, нам нет необходимости догматически придерживаться ее. Наличие, например, результатов исследования непрограммных в данные момент вопросов может допускать отклонение от рассмотрения очередных вопросов исследования. Теория архитектуры - область науки. И, казалось бы, она прежде всего требует литературного изложения для установления возможно точной терминологии понятий и ее определений. Но мы не должны пренебрегать, как одним из средств доказательства, графикой. [...]

Меня удивляет, что у членов группы [6] возникают еще вопросы, подобные "Почему пространство изучается в первую очередь". В таком случае не лучше ли обратиться к нашим родственникам по искусству, там, может быть, вам объяснят, "почему". Пространствен-ность всецело принадлежит архитектуре, но архитектура-то и не занимается ее исследованием и плохо ее использует. Танцор и (пропуск в машинописном тексте стенограммы, видимо, здесь подходит слово "актер". - Селим Хан-Магомедов) работают в пространстве. Вот с теоретиками Этих искусств нужно работать над вопросами пространства и движения [...] Петров затрагивает две категории вопросов: во-первых, вопрос восприятия (архитектурного воздействия). Но это область психологии и философии. Мы не можем поставить достаточно широко исследование вопроса восприятия, так как недостаточно компетентны в вопросе психологии. Мы здесь вынуждены будем ограничиваться как аксиомами данными, предлагаемыми специалистами по этим вопросам. Во-вторых, Петров, в сущности, производит сам голую классификацию свойств архитектуры, и к тому же не по характерным, а по чисто случайным ее признакам: цоколю, колоннам, антаблементу и т. п. Что существенного в словах Петрова - Это лишний раз подчеркнутая сторона восприятия и только [...] Университет [7] - архитектурное произведение. Не [будет] ли рассматривание его с точки зрения его органичности и механичности - рассматриванием по аналогии. Но вопросы аналогии - вопросы Эстетики. Там рассматриваются перевоплощения человека: там, например, лежащий камень вызывает, по аналогии, чувство покоя, стоящий - стремление ввысь и т. п. Беспокойство, покой, устремление и пр. - вопросы специальной науки, но не архитектурного исследования. А последнее уже теперь дает, пускай временные, научно обоснованные истины, а не аналогичные сравнения [...] Мы не отбрасываем психологии, но мы говорим, что в ней мы не специалисты. То же по отношению к математике. Но есть область, где мы Пифагоры, - архитектура. И здесь нужны определенные посылки для построения. Эти посылки хотя бы на сегодня, но должны быть незыблемы, иначе доказательство обречено на немедленное разрушение. Такие посылки, директивы общего порядка и дает наша программа [8].

ОСНОВЫ ПОСТРОЕНИЯ ТЕОРИИ АРХИТЕКТУРЫ (ПОД ЗНАКОМ РАЦИОНАЛИСТИЧЕСКОЙ ЭСТЕТИКИ). [9] 1926 г.

Архитектурная рациональность зиждется на экономическом принципе так же, как и техническая рациональность. Разница заключается в том, что техническая рациональность есть экономия труда и материала при создании целесообразного сооружения, а архитектурная рациональность есть экономия психической энергии при восприятии пространственных и функциональных свойств сооружения. Синтез этих двух рациональностей в одном сооружении и есть рациоархитектура.

Часть I. О форме.

1. При восприятии материальной формы как таковой мы одно временно можем усмотреть в ней выразительность качеств:

1) геометрических - отношения сторон, ребер, углов, характер поверхностей и т. д.,

2) физических - весомость, плотность, масса и т. д.,

3) физико-механических - устойчивость, подвижность,

4) логических-выразительности поверхности как таковой и ограничивающей объем.

В зависимости от выразительности, величины и количества мы можем говорить о:

а) мощи и слабости,

б) величии и низменности,

в) конечности и бесконечности.

2. Архитектура оперирует этими "качествами" как определенными величинами. Архитектор конструирует форму, внося элементы, которые не являются техническими или утилитарными в обычном смысле слова и которые можно рассматривать как "архитектурные мотивы". В архитектурном отношении эти "мотивы" должны быть рациональны и служить высшей технической потребности человека ориентироваться в пространстве...

Для иллюстрации одного из видов работы над геометрической выразительностью формы рассмотрим:

Пример 1.

3. Две проекции параллелепипеда дают о нем точное геометрическое представление-образ (черт. № 1).

Реальная перспектива его, представленная в ряде статических моментов 1, 2... (черт. № 2) дает приближенный образ, стремящий ся к геометрическому, выраженному в двух проекциях, как к своему пределу.

4. Работа архитектора над геометрической выразительностью формы, которую мы всегда воспринимаем в перспективе, заключается в приближении образа, получаемого от восприятия реальной перспективы, к образу, данному в проекциях.

Степень приближения зависит от количества и качества входящих в конструируемую архитектором систему определения элементов-признаков. Материалом этой системы элементов-признаков обычно служит в сооружении видимая техническая конструкция. Там, где она может быть использована полностью, создается синтез техники и архитектуры, где этого нельзя, там архитектурная конструкция (элементы-признаки) создается рельефными членениями поверхности формы как наиболее технически простым и экономичным средством исполнения. Конкретным примером постановки и решения задач такого рода могут служить задания, данные мною впервые в 1920 г. на архфаке Вхутемаса.

Задание № 1 (форма архитектурно-геометрическая)

5. Дано:

1) Правильный параллелепипед, в горизонтальной проекции представляющий квадрат 20 х 20 м, высота 30 м.

2) Высота глаз зрителя 1,60 м, расстояние точки зрения не более 30 м, точка зрения подвижна, скорость не более 15 м в сек.

3) Освещение солнечное.

Примечание. При решении задания необходимо принять во внимание движение солнца и возможность такого его положения, при котором одновременно могут быть равномерно освещены две стороны параллелепипеда.

Требуется показать зрителю:

1) Направление поверхностей, образующих стороны параллелепипеда, по отношению к координатным плоскостям (пространственную ориентацию).

Примечание. Пространственные координаты те же, что приняты в теории перспективы.

2) Ясную читку ребер

3) Равенство сторон

4) Отношение стороны основания к высоте

5) Правильность поверхностей, образующих стороны

6) Прямизну углов (т. е. что углы равны 90°).

Средствами выражения могут быть: вертикальные и горизонтальные членения, светотень и фактура поверхностей. Требуется представить:

1) Модель или перспективный вид

2) Чертежи 2-х фасадов, образующих взаимно угол

3) Разрез горизонтальный и вертикальный. Масштаб 1:100

20/Х - 1920 г. Н. Л.

6. Как видно из задания, основной работой в нем является выявление для зрителя геометрических качеств параллелепипеда. Но что означает выявить геометрический образ? Разве в математически правильно построенном параллелепипеде мы увидим какую-либо иную форму - шар, конус, цилиндр и т. п.? Нет, мы в нем не увидим ни шара, ни цилиндра и т. д., но мы также не увидим параллелепипеда с теми геометрическими качествами, которые даны в задании.

Достаточно взглянуть на перспективный ряд 1, 2... (черт. № 2), чтобы убедиться в недостаточности признаков, по которым можно было бы определить: что стороны основания равны, что отношение высоты к стороне основания = 1,5 :1.

Чертеж 1. Чертеж 2.

Можно ли допустить, чтобы архитектор, строя форму, не знал, как ее будет воспринимать зритель? Такое допущение означало бы полную беспринципность и невозможность какого бы то ни было мастерства в области геометрической выразительности. Необходимо установить положение, что архитектурно-геометрическая сторона материальной формы заключается в такой ее проработке, при которой зритель действительно видит ее геометрическую характеристику в той мере, в которой это необходимо для данного случая. Что для этого нужно сделать в данном примере?

7. Необходимо поставить знак тождества между каждой парой одновременно видимых сторон параллелепипеда, следовательно, между всеми сторонами его.

Это означает, что членения на поверхности всех сторон параллелепипеда должны быть тождественны (1).

Если для примера мы впишем по окружности на каждую из сторон параллелепипеда так (черт. № 3), чтобы зритель мог при воеприятии определить равенство диаметров каждой пары одновременно видимых окружностей, то этим будет дана некая степень приближения образа к его геометрической сущности, будет более уяснено равенство расстояний отдельных ребер от переднего ребра (2).

Чертеж 3. Чертеж 3.

Вписав еще по полокружности (черт. № 4), мы уясним отношение основания к высоте 1:172, равенство сторон и все вытекающие следствия, все в известной степени приближения, какое могут дать эти элементы (3).

Продолжая таким образом анализ, далее мы найдем и остальные Элементы, необходимые для решения задания.

Сравнивая архитектурные образы, полученные в результате такой обработки, с перспективным рядом 1, 2... (черт. № 2), при тех же условиях зрения, можно убедиться в большой степени приближения образа архитектурного (черт. № 4) к образу, данному в проекциях (черт. № 1).

Действие света на моделировку общепонятно. В данном задании поставлено определенное требование § 3. Решение возможно:

а) или различной фактурной обработкой каждой пары одновременно видимых поверхностей (4),

б) или расчленением одной из каждых двух одновременно видимых поверхностей на участки, составляющие угол к поверхности, часть которой они составляют (5),

Чертеж 5. Чертеж 6.

в) или расчленением обеих одновременно видимых поверхностей, как в п. 5, но углы частных поверхностей одной стороны не равны углам частных поверхностей другой (6)

Пример решения

8. В приведенном решении Петрова § 1, 2, 5, 6 задания выявлены следующими средствами:

§ 1 и 2 двухкратным повторением горизонтальных проекций параллелепипеда,

§ 5 прямолинейными вертикальными и горизонтальными, взаимно перпендикулярными членениями поверхностей,

§ б показанием в углах горизонтальных проекций, видимых снизу небольших квадратов, которые оцениваются как таковые непосредственно в силу малой величины их, для усиления в них вписаны малые окружности.

Задание № 2 (форма архитектурно-геометрическая)

9. Дано:

1) Прилагаемый чертеж геометрической формы [черт. № 6]

2) Горизонт зрения нормальный, точка зрения подвижна, скорость не более 15 ле, максимальное расстояние точки зрения 30 м.

3) Освещение солнечное

Требуется показать зрителю:

1) Все плоскости как таковые

2) Плоскости А и Б как образующие угол

3) Наклонность плоскости В

4) Цилиндричность или конусовидность поверхности К

5) Ясную читку всех углов

Необходимо представить:

Макет и чертежи в М 1:100

Вхутемас 30/Х - 1920 г. Н. Л.

ПСИХОТЕХНИЧЕСКАЯ ЛАБОРАТОРИЯ АРХИТЕКТУРЫ (В ПОРЯДКЕ ПОСТАНОВКИ ВОПРОСА). [10] 1926 г.

Архитектор должен быть, хотя бы элементарно, знаком с законами восприятия и средствами воздействия, чтобы в своем мастерстве использовать все что может дать современная наука. Среди наук, способствующих развитию архитектуры, серьезное место должна занять молодая еще наука психотехника. [...]

Работы, произведенные мною, а затем и моими товарищами, во Вхутемасе в 1920 г. в области архитектуры, проверенные методами психотехники, помогут научной постановке положений архитектуры на основе рационалистической эстетики.

Самым правильным подходом к решению этого вопроса будет организация психотехнической лаборатории для изучения вопросов рациональной архитектуры при АСНОВА. [...]

Помимо чисто научного значения, какое может иметь работа лаборатории, ее деятельность должна иметь и практическое значение в архитектурной повседневности.

Сколько недоразумений лаборатория могла бы устранить при оценке качеств архитектурной работы из-за отсутствия общеобязательной терминологии даже в среде специалистов.

ОБ ОРГАНИЗАЦИИ ВОСПРИЯТИЯ ПРОСТРАНСТВЕННЫХ ВЕЛИЧИН И ОБЪЕКТОВ. [11] 1929 г.

Мы все время слышим от хозяйственников, экономистов, политиков, и это понятно, что вся наша жизнь строится на экономике. Причем экономика понимается определенным образом - в смысле экономии затраты физической энергии человека. [...]

За последнее время стали прибавлять экономику умственной энергии. Что же касается экономии чувственного порядка, энергии психической, то об этом пока никто ничего не говорит. Я считаю, что вот эта экономика и является тем базисом, на котором современная архитектура должна строить свою теорию. Если архитектор обслуживает чувства человека, он должен обслуживать таким образом, чтобы эти чувства затрачивались экономней, чтобы он свои чувства затрачивал на восприятие главным образом пространственных величин, пространственных объектов. Именно в этой плоскости и заключается организация его психической энергии на принципе экономии восприятия.

О ДИНАМИЧЕСКОЙ ПЛАНИРОВОЧНОЙ СТРУКТУРЕ ГОРОДА. [12] 1930 г.

[...] Понятие роста города не может быть сведено к простому механическому увеличению территории, ширины проездов, этажности и т. п. Рост надо понимать как органический, на разных этапах своего развития представляющий различный не только количественно, но и качественно организм. [...]

Кольцевая система планировки имеет много сторонников в мировой литературе по градостроительству. Поэтому на разборе ее необходимо подробнее остановиться. Средневековый город-крепость, город-сад Говарда, система сателлитных городов Унвина и предложение по перепланировке Парижа Корбюзье [рис. 1] - все эти планировочные конструкции, несмотря на их кажущееся различие по форме и назначению, можно отнести к одному разряду статических форм [...] Прививка этих систем к растущим и жизнедеятельным городам неминуемо должна вызвать болезненные явления при их росте.

Специфическим признаком их механистичности является то положение, что эти системы могут иметь смысл лишь на мгновенный отрезок времени, при условии их целостного осуществления, в следующее же мгновение роста их необходимо будет начать разрушать - короче, они не предусматривают роста из "клеточки" в систему, из низшей системы в другую, высшую и т. д. Если во время средневековья при преобладании "статических" моментов над динамическими, то есть при относительно медленном жизненном темпе и недостаточном учете координаты времени, кольцевая система еще могла в планировке некоторое время держаться, то с развитием капитализма, с ростом городов она всюду была сломлена.

Рис. 1

[...] На смену ей пришла сетчатая планировка как выражение текучести - своеобразный непрерывный территориальный "конвейер", более отвечающий потребностям капиталистического, более механического нарастания, а не организационного роста. Крайним выражением этой текучести являются идеи городов-линий. Являясь выражением максимальной динамичности, эти планировочные конструкции неминуемо окажутся слабыми организмами, так как низводят трехмерное пространство к "одномерному", ставя ударение на линейность.

Вся же современная материальная культура и техника дает возможность решать градостроительные задачи в трехмерности, ставя ударение на "горизонтальную двух мерность".

Обратимся теперь к проектам "Большой Москвы". По всем этим проектам Москва представлена в виде центрального ядра, окруженного двумя кольцами, а с ростом пригородов, которые ни одним из проектов не увязаны в систему, естественно, в ближайшем будущем образуется и третье кольцо.

В центре предполагаются правительственные и общественные сооружения государственного и местного значения.

Территории колец по организационному содержанию представляют расплывчатый, не связанный с формой колец конгломерат, рост которого вообще не предусмотрен и не связан с общей формой кольца.

Такая несвязанность естественна, так как геометрическая природа кольцевой территории представляет ее пространственную статичность, физическая же природа ее строительства в лучшем случае допускает лишь уплотнение. А потому планировщик чувствовал, что бесполезно связываться с формой колец. Секторальная же система роста, казалось бы, возможная в радиально-кольцевой планировке, по динамико-геометрическои сути находится в противоречии с ней, должна ее исказить, а потому и невозможна. Все проекты "Большой Москвы" исходили в основе своей из положения прироста населения и, как следствие, прироста территории. Но этот рост ими принимается без анализа отдельных составляющих и взаимодействующих сил, а лишь формально, как округление в общем анархично растущих органов города в геометрически оформленную территорию. Ведь снеговой ком, катящийся и увеличивающийся в объеме, мы не вправе считать органически растущим [...] Органическим же ростом города нужно назвать такой, который при росте целого обеспечивает рост отдельных его различно действующих частей-органов, объединенных в прострапственно-временную экономическую систему. [...]

Если представить себе полное согласование по форме, то есть если кольца будут означать различные органы, различного назначения территории, то рост одного из них будет происходить за счет гибели другого. Если же отбросить различную функциональную значимость каждого кольца, а принять их функциональную однообразность, то в силу экономики динамогеометрического принципа при всех прочих равных условиях разовьется центростремительная сила, которую можно представить, как давление колец друг на друга в направлении центра, в то время как центральный круг, стремясь расти, наталкивается таким образом на огромное и непреодолимое сопротивление колец [рис. 2]. Это и имеет место в современной Москве.

Сумма расстояний точек, образующих плоскость, до определенной точки Д на той же плоскости тем больше, чем точки ближе к периферии.

Этот принцип оказывает влияние на всякую планировочную конструкцию - сетчатую, концентрическую, радиальную и всякую другую, определяя организационные и экономические преимущества центральных и серединных - осевых - и т. д. районов.

Картина, данная рис. 2, говорит о том, что при кольцевой планировке Москвы центр, стремясь к естественному развитию в горизонтальной проекции, встречает трудно преодолимое сопротивление колец, и разрешение самого основного момента жизни города - диалектического процесса его роста - не предусмотрено данной конструкцией плана, так как рост без сокрушения соседних (надо полагать, тоже жизненных органов города) невозможен. [...]

При выборе участков под крупное строительство в центре Москвы возникают огромные организационные и экономические затруднения, и радикальный выход из положения возможен при кольцевой системе лишь в сплошной сломке старого и возведении на его месте нового.

Таким образом, жизненное, по существу, проявление тенденции роста центра, в силу неправильной конструкции этого центра, вредно отзывается на городе в целом, и прежде всего на его нормальном росте.

Но помимо интенсификации застройки рост города влияет также и на движение по артериям-улицам. Улицы оказываются тесны и требуют также расширения. [...] Идея реорганизации старой Москвы и перерождение ее в новую "Большую Москву" по всем проектам кольцевой системы осуществляется в настоящее время методом так называемых "красных линий", своеобразного врастания Новой Москвы в старую. Как этот метод тяжело отражается на жизни города и его строительстве, хорошо известно всем, кто с этим строительством сталкивается. За" дача, которую система "красных линий" в ее теперешнем виде пытается разрешить, оказывается неразрешимой, так как, ставя вопрос в плоскости пространственной, эта система не ставит его в плоскости временной.

Без календарных сроков реорганизуемые улицы города будут представлять вообще и всегда изъеденную ломаную линию, имеющую расширения лишь на небольших и случайных протяжениях и, следовательно, пропускная способность улицы будет оставаться всегда на старом уровне. Если же в некоторых небольших протяжениях положение улучшится, то в общем положение все же останется тяжелым.

Вторым тяжелым последствием системы "красных линий" в нынешней их трактовке и методах осуществления является понижение ценности большинства участков или вследствие того, что от них отрезаются части, уходящие под мифически уширенные улицы, или из-за того, что эти мифические улицы их перерезают и делают невозможными для застройки.

[...] И если болезнь центра города при кольцевой планировке можно сравнить с болезнью сердца, то принятая система "красных линий" является не чем иным, как "склерозом" в системе кровообращения города.

Могут возразить, что это - болезни роста, что то же происходит и на Западе и т. п. Однако с этим согласиться нельзя. Скорее, все Это происходит потому, что наши проектировщики мыслят еще статическими категориями, не рассматривая город как растущий организм. Короче, они не мыслят диалектически. [...]

Рис. 2

Каков же выход из положения, что можно предложить?

Мы предлагаем прежде всего:

1. Разорвать кольцевую систему в одном из участков и дать тем возможность центру свободно расти [рис. 3]. Центр в виде планировочной точки, хотя бы и диаметра кольца "А", как теоретически, так и практически вообще недопустим. Центр города должен иметь возможность расти не только по третьему измерению, вверх, но и в горизонтальной проекции, поступательно вперед. Следовательно, центром города должна быть не статическая точка, а динамическая линия - ось. Разорвав кольца и отогнув их в виде подковы, мы дадим возможность центру, а также и соответствующим ему ветвям бывших колец расти. Центр города приобретает форму веера. Эта форма наиболее соответствует функции центра, так как по мере роста города и нарастания его динамики и усложнения организации центр не остается зажатым, а свободно разворачивается за счет площади веера.

Весь город и центр представляют собой по этой конструкции как бы поток, постепенно расширяющийся.

Рис. 3

2. Сосредоточить все новое строительство в одном секторе, который должен стать начальным сектором нового социалистического строительства. [...]

4. Рассматривать весь остальной город лишь как материальную среду, благоприятствующую росту его новой части и со временем образующую "город-музей". Такой принцип роста нового за счет материала и организации старого весьма распространен в природе. [...]

6. Систему "красных линий" сохранить лишь для нового социалистического сектора, но проводить ее решительнее и в порядке календарного плана.

7. Перепланировку остальной части города не производить. [...]

О ПЕРСПЕКТИВАХ СТАНДАРТИЗАЦИИ ЖИЛИЩНОГО СТРОИТЕЛЬСТВА. [13] 1930 г.

"Зеленый город" [14], по мысли рабочих организаций, являющихся учредителями его, должен быть городом отдыха и проводником социалистических форм организации быта и воспитания трудящихся.

Сооружения первой очереди застройки проектированы, исходя из соображений их быстрого возведения и немедленной сдачи в эксплуатацию. [...] Для строительства второй очереди имеется возможность более планомерно и углубленно проработать все вопросы. Строительство 2-й очереди должно базироваться на высокой строительной технике и фабричного стандарта, по возможности охватывающего все строительство.

Трудность внедрения стандарта в жилое строительство может быть преодолена, если открыть строителям глаза на более передовую, также строительную, технику так называемых подвижных составов. Помещения кают всех видов более приспособлены для длительного пребывания в них человека, чем наши жилкомнаты. Мы убеждены, что, например, подобие конструкции кузова лимузина, переработанной соответствующим образом для постоянного жилья, сможет быть изготовлено наисовершеннейшим образом на заводе Автостроя и легко оттуда на постройку транспортируемо. В сочетании с несущим статическим каркасом это разрешит вопросы многоэтажного стандартного строительства, до сих пор не решенные в технике.

Наше предложение строительства второй очереди в главном сводится к следующему:

1) все жилые дома З. Г. могут быть разбиты на ряд категорий - от отдельного домика на двоих до блока и даже небоскреба, объединяющих в одном здании большое население с рядом отдельных кабин и помещениями общего и специального назначения;

2) по строительным методам построения сооружения конструируются следующим образом:

а) на заводе изготовляются кают-кабины одного или двух стандартных типов. Кабины оборудованы и защищены от холода так, что представляют законченное жилище с полным оборудованием.

Такое жилище может быть поставлено на выравненной площади в любом месте;

б) все прочие социальные и технические типы сооружений классифицируются таким образом: на месте постройки возводится не сущий нагрузку скелет, стандартизированный до последней степени.

Кабина в собранном виде вставляется с помощью кранов на свое место и включается во все виды сетей.

Планы таких корпусов могут быть самые разнообразные. Обобществленные и прочие помещения образуются в любом месте и любой величины, ограждение их производится специальными остекленными дверьми. Лестничная клетка вместе с маршами вписана в форму, тождественную ячейке жилой, и состоит из звеньев, наращиваемых одно над другим. Это дает возможность легко распоряжаться планом, вставляя лестничную клетку в любое звено. Архитектура сооружения может быть весьма разнообразна по мере увеличения размеров сооружения.

На основе этих общих данных могут быть запроектированы корпуса по специальным заданиям.

ПЛАНИРОВКА АВТОСТРОЯ И МАГНИТОГОРСКА В ВУЗЕ. [15] 1931 г.

Значение планировки как отдельной специальности осознается нашей архитектурной общественностью довольно медленно. [...]

В нашей стране в эпоху строительства социализма архитектурные общества по-прежнему строят свою работу от частного к общему - от здания к городу, как это вынуждены делать наши зарубежные коллеги в капиталистической структуре общества. Мы не можем рассматривать здание иначе, как частицу целого города. Следовательно, наши общества должны перестроить свою организационную работу, исходя от города к зданию, а не наоборот. [...]

[...] Втузы уже встали на новые рельсы связи с производством.

При проведении в качестве руководителя во Вхутеине проекта планировки поселка Автостроя [16] в 1929-1930 гг. мною был, между прочим, выдвинут и проведен принцип нового, более современного метода изображения проекта, учитывающего и координату времени - кинопроекции. Этот метод особенно важен для архитектора-планировщика, который должен передать другим (а прежде проверить самого себя) организацию пространства во времени. При проведении работ были выдвинуты принципы организации оформления, имеющие в виду дать ответ на политические установки, соцбытовые особенности переходного периода, технико-строительные и архитектурные. В политическом отношении были выдвинуты принципы, трактующие рабочего в планировке его поселка со стороны его социально-политической роли как строителя нового строя. Поэтому поселок не только противопоставляется производству как отдых труду, но и связывается с ним целым рядом общих культурных учреждений. Наряду с этим подчеркнута организация интеллектуального отдыха при более высокой социальной форме организации быта на квартале.

Новый быт определялся общей планировочной структурой и новым решением квартала, который рассматривается не только со стороны графиков движения и инсоляции, но и со стороны организации на территории квартала жизни трех возрастных групп (дошкольники, школьники и взрослые), а также различными, известными до сего времени строительными типами зданий.

Наши строители и идеологи делают ошибку, отождествляя строительные и социальные типы жилья. Один и тот же или различные социальные типы жилья, например индивидуальные квартиры, общежития с различной степенью обобществления, могут быть с успехом разрешены как в небоскребе, так и во всех до сих пор известных строительных типах: блоке, строчке корпусов, павильоне-кусте (состоящих из отдельных пространственно разрозненных спален, объединенных вокруг обобществленной части жилья в комплекс-куст) .

Нужно подчеркнуть, что высшая социальная форма жилья укладывается легче в любые строительные типы зданий, но, конечно, разница быта будет. Однако эта разница будет разницей бытовых оттенков-нюансов, а не разницей социально-бытовых установок. [...]

Организация жизни и быта рабочего гораздо сложнее, чем это кажется на неуглубленный взгляд. Разница цеховая, возрастная, физическая, психологическая, старость, инвалидность и т. д. - все Это требует различных, а не тождественных форм жилья и, следовательно, вариаций, наиболее легко осуществимых при свободном комбинировании всеми известными и вновь изобретенными строительными типами, а не сухим, функционально-формалистическим самоограничением и втискиванием сложного организма жизни в рамки, определяемые скудной фантазией проектировщика или идеолога.

Организация жилья - быта построена на принципе полного пространственного расчленения в отдельных корпусах функций сна, общения и воспитания. [...] В архитектурно-социологическом отношении в планировке проводились положения, организующие восприятие зрителя от обобществленных частей к прочим корпусам, что достигалось определенной акцентировкой величин и пространственных взаимоотношений внутриквартальных комплексов. В архитектурно-композиционном отношении проводился принцип контрастного нарастания архитектурных рельефов - горизонтального по отношению к вертикальному, что можно графически изобразить в виде двух кривых, подчиненных центру тяготения района, являющемуся одновременно организующим и композиционным центром.

В архитектуре отдельных корпусов проводилась мысль дифференциации и спецификации архитектуры в зависимости от возраста потребителя. Так, например, ребенок меньше способен воспринять общую концепцию и больше интересуется деталями и цветом, следовательно, архитектура не может быть одинаковой для взрослых и детей [...] В архитектурном подходе к оформлению спальной кабины проведен принцип пространственного, а не объемного оформления всей меблировки и смягчения всех углов комнаты, окна, стола и т. д., которые должны гармонично, успокаивающе воздействовать на отдыхающего. [...]

Задача, стоявшая перед нами по планировке Магнитогорска, заключалась в решении общей планировки города на заданной территории, застройки квартир и жилища [...] В общей планировке был заострен момент роста - развития города с возможностью различных темпов развития отдельных районов. В первой стадии город развивается главным образом линейно между двумя основными центрами тяготения - заводом и Магнитной горой. В этот начальный период [...] город представляет первичную форму планировочной организации - город-линию. Но этот город-линия построен по принципам, ничего общего не имеющим [...] с аналогичными предложениями различных групп ОСА, которые решают этот вопрос с точки зрения планировки не органически, а механически, не учитывая роста с качественной стороны, то есть не учитывая усложнения орга-низационой структуры по мере роста. В проектах, выполненных в вузе, город-линия качественно изменяется по мере своего роста-развития, постепенно переходя от низшей формы города-линии в высшую форму города-плоскости.

[...] Архитектурный вопрос заостренно поставлен в решении жилища. Действительно, можно ли считать, разрешая функциональную и конструктивную задачу и не заботясь особо о подчеркивании идеологической стороны содержания, т. е. об архитектурной стороне, что она сама собой получится.

Так ведь ставят вопрос конструктивисты-функционалисты. [...] Что же получается на деле? Так как при решении конструкции квартирных корпусов были поставлены требования максимальной экономии, то оказалось возможным решить всю задачу реорганизации быта на социалистических основах при небольших перестройках квартирных корпусов, без необходимости реконструировать внешность - фасад сооружения [...] Но тогда чем же будет отличаться архитектура капиталистической идеологии от архитектуры социалистической идеологии, если при изменении содержания корпуса его внешность не изменяется? [...]

При такой постановке вопроса остро выявляется зависимость архитектуры от идеологии, а не от конструкции. Вопрос сводится к следующему: можно ли социалистическую архитектуру выразить в старой строительной конструкции? Конструктивист-функционалист, не изменяя самому себе, должен ответить на этот вопрос отрицательно, то есть, стоя на своей идеологической позиции в архитектуре, не может дать новой, современной социалистической архитектуры вне новой конструкции. Мы утверждаем обратное - что идеология современной архитектуры не зависит от конструкции и может быть выражена в любой конструкции и материале. Конструкция же только влияет на общий тип ее. [...]

 

К началу страницы
Содержание
О Николае Ладовского  О Александре Иваницкого