Главная
Новости сайта
Анатомия профессии
Основные даты
Жилые дома
Общественные здания
Градостроительство
Архитектурные конкурсы
Недостоверные объекты
Карта Киева
Архив
Библиотека об Алешине
* Публикации
* Тематические блоги
* Журналы, газеты
* Видеоматериалы
Глоссарий
Книжная полка
Ссылки
Автора!
Гостевая книга
 
Поиск







Copyright © 2000—
Вадим Алешин
Публикации

Мастера советской архитектуры об архитектуре
Избранные отрывки из писем, статей, выступлений и трактатов в двух томах
Том первый

 


АЛЕКСЕЙ ВИКТОРОВИЧ ЩУСЕВ
(1873-1949)

Стремление создать теорию своего искусства восходит среди архитекторов еще к Витрувию. Особенно много вариантов теории архитектуры стало появляться в ближайшее к нам столетие. Теории различны по ширине охвата и категоричности своих позиций, по исходным принципам и целям, в разной мере объясняют или оправдывают, направляют или лимитируют архитектурное творчество. На базе теорий, принятых выдающимися зодчими, их последователи формируются в творческие архитектурные "школы", направления.

Щусев не стремился стать основоположником ни подобных теорий, ни какой-либо "школы". Его значение в истории русской и советской архитектуры определяется главным образом созданными им зданиями и сооружениями. Однако и теоретические высказывания его имеют очень большой интерес, так как показывают его прирожденный зодческий талант, вкус и понимание архитектуры.

В своей работе Щусев опирался в основном на чувство, на интуицию, здравый смысл, жизненный опыт, знание ремесленной стороны дела.

Такая основа позволяла ему наделять свои произведения мудростью, выражать средствами архитектуры большие общественные идеи. Для его архитектурного творчества характерна та уверенность, с которой он считал возможным создавать и действительно создавал очень индивидуальные архитектурные образы, оперируя формами, уже сложившимися в жизни. Это могли быть формы исторического национального стиля той или иной страны (прежде всего - России) или международные инварианты как классической, так и современной архитектуры. Не отвлеченные логические выкладки, а эстетическое чувство помогало ему сплавлять в новое художественное единство пластический материал архитектуры (а подчас скульптуры и живописи), подсказанный его большими знаниями, личным вкусом.

Таково и самое известное и замечательное его произведение - Мавзолей В. И. Ленина на Красной площади в Москве (1926- 1930). Не являются, казалось бы, новостью для архитектуры ни ступенчато-пирамидальный объем его, ни группа прямоугольных столбов, несущих верхнюю плиту. Однако в целом архитектурный образ Мавзолея получился мощным, новаторским, вполне самобытным, выразительным и точно связанным со своим назначением, слитным с положением в ансамбле площади, со своим временем. Решающую роль играют пропорции его элементов. Высоты (толщины) плит то нарастают, то сокращаются, траурные горизонтали переходят в энергичную вертикаль, замкнутость и компактность скорбной камеры, ограждающей саркофаг, в открытую свету и ветру ширину трибуны и лестниц. Поэтому траурно-величавый Мавзолей способен преображаться в дни празднеств и естественно играть роль центра торжественных демонстрации.

А. В. Щусев. Мавзолей В. И. Ленина в Москве.
1924—1930.

Как совершенное произведение искусства Мавзолей несет в своем художественном образе огромное духовное содержание, комплекс высоких идей и переживаний, соответствующих его беспрецедентной известности и популярности среди трудящихся всего мира.

Творчество Щусева получило признание еще до Октябрьской революции. К 1917 году Щусев пришел, обладая уже 15-летним стажем практической работы и званием академика архитектуры, полученным в 1910 году за удачную по результатам и оригинальную по методу реставрацию храма XII века в Овруче (на Волыни).

Родился Алексей Викторович Щусев осенью 1873 года в Кишиневе. Это был третий ребенок в скромной семье отстав-ного чиновника. У мальчика рано и ярко проявились способности и любовь к рисованию. Для получения высшего образования он поехал в далекий Петербург, где в 1897 году окончил архитектурное отделение Академии художеств. После возвращения из присужденной ему за дипломный проект заграничной командировки началась практическая деятельность, в которой вскоре значительное место заняли произведения храмовой архитектуры - небольшие сельские церквушки и монастырские ансамбли. В них Щусев удачно развивал принципы русской национальной архитектуры, вопреки официальным канонам, насаждавшимся руководством русской православной церкви. Лучшим произведением Этого периода была церковь Марфо-Марьинской общины на Б. Ордынке в Москве.

Однако наиболее крупным созданием Щусева стало начатое в 1912 году здание Казанского вокзала в Москве (законченное им в 1940 г.). И в этом случае Щусев пошел самостоятельным путем, не следуя принятому штампу - образу вокзала как смеси обогащенного промышленного и упрощенного дворцового сооружения. Разнородные функциональные назначения станционных помещений толкнули Щусева к трактовке вокзала как "городка", состоящего из комплекса нескольких зданий, объединенных сильной вертикалью угловой башни. В прорисовке великолепных деталей здания Щусев свободно трактует мотивы русской архитектуры XVI-XVII веков.

А. В. Щусев. Церковь Марфо-Марьинской общины в Москве.
1908—1912.
А. В. Щусев. Здание Казанского вокзала в Москве.
1912—1941.

Те же черты уверенной и вольной, широкой и вместе с тем прочувствованной трактовки больших и малых форм легко увидеть и в других значительных произведениях этого талантливого зодчего, многоликого, но всегда верного себе на всем протяжении его большой творческой жизни, независимо от того, в каком направлении или "стиле" он работал.

А. В. Щусев. Здание санатория в Мацесте.
1927.
А. В. Щусев. Здание Центрального телеграфа в Москве. Проект.
1925.

К числу таких произведений относятся: здание санатория в Мацесте (1927), Министерство земледелия на ул. Кирова в Москве (1933), Москворецкий мост (1938), здание Института Маркса - Энгельса - Ленина на проспекте Руставели в Тбилиси (1938), Театр оперы и балета имени Навои в Ташкенте (1947), залы станции "Комсомольская-кольцевая" Московского метрополитена (1952, строительство завершено после смерти Щусева) и другие.

Любимую его тему, тему более или менее свободного "городка", типичного русского ансамбля, в который соединяются относительно разнородные здания, также можно проследить в искусстве Щусева, начиная с дипломного проекта "загородной виллы" и кончая проектом комплекса зданий Академии наук СССР.

Через многочисленные влияния времени и общественных условий, при которых Щусев работал и к которым он был очень чувствителен, пробивается его прямо не высказанная, но теперь уже очевидная, неустанная и заветная тяга к "самовыражению". Именно потребность художественного самовыражения и принимала у Щусева одеяние национальных образов в архитектуре, на которые он поэтому и был такой мастер. Мощность интуитивных истоков творчества и отличала Щусева от многочисленной армии работавших в те же годы стилизаторов, которые проектировали и строили "в русском стиле" либо как археологи, либо как педантичные копиисты, либо как последователи умозрительной стилистической схемы.

А. В. Щусев. Здание Наркомзема в Москве. Общий вид и план.

1928—1933.

Эстетическое мировоззрение Щусева сформировалось в художественной среде Академии художеств и в период дореволюционного развития русской эстетической мысли. Такие идеологические принципы, как демократичность и патриотизм русского человека, слившийся после Октября с патриотизмом советского человека, составляли неотъемлемую часть его натуры и пронесенных через всю жизнь глубоких убеждений. На протяжении его более чем полувековой творческой и общественной деятельности его теоретические взгляды испытывали, естественно, влияние своего бурного времени. В них усиливалось и укреплялось сознание высокого социального призвания искусства архитектуры и большой ответственности зодчего перед обществом.

Творческое наследие Щусева включает более ста пятидесяти проектов, из которых свыше четырех десятков осуществлено в натуре. Велико и количество оставленных им литературных материалов. Списки того, что опубликовано с 1902 по 1950 год (последняя статья издана посмертно), включают более 240 названий. В большинстве случаев это высказывания по тому или иному конкретному поводу, отклики на текущие события и обстоятельства архитектурной жизни. Небольшая часть текстов, принадлежащих перу Щусева, использована в настоящем издании.

А. В. Щусев, Л. Н. Савельев, О. А. Стапран. Здание гостиницы «Москва» в Москве.
1930—1935.

Тексты эти относятся к общим, принципиальным проблемам архитектуры. На них лежит печать не только личности Щусева, но и своего времени, вследствие чего некоторые из высказываний кое-что потеряли от былой убедительности и стали спорными, другие же актуально звучат и сегодня. В них отразилась историческая эволюция не только взглядов Щусева на архитектуру, но и эволюция самой архитектуры. Избранные высказывания Алексея Викторовича дают возможность последовательно судить сначала о ряде проблем дореволюционной русской архитектуры, затем о новых проблемах, принесенных Октябрьской революцией, за этим следует период положительного отношения Щусева к идеям конструктивизма в архитектуре, дальше - переход к освоению классического наследия и позитивная характеристика архитектурной классики.

Примерно с 1933 по 1948 год, когда изменившаяся в сторону освоения классики творческая направленность сохраняла стабильное положение, Щусев много выступал с уточнением своих позиций по различным проблемам архитектуры: градостроительству, национальной архитектуре, связи архитектуры с техникой, с пластическими искусствами и т. д.

А. В. Щусев. Здание Института Маркса, Энгельса, Ленина (ИМЗЛ) в Тбилиси.
1933—1938.

Несмотря на отдельные противоречия, несмотря на то, что Щусев не стремился к законченному изложению своих концепций, все же в его словах постоянно звучит одна нота, одна устойчивая, хотя и как бы пунктиром проходящая мысль, мысль о художественной свободе зодчего. Она тесно связана с отмеченной особенностью его архитектурного творчества как средства самовыражения.

Начиная с заголовка первой статьи Щусев снова и снова утверждает необходимость либо прямо "свободы творчества", "простора творческой фантазии", "выявления своего лица" в творчестве, либо выражает ту же мысль в призыве следовать "требованиям жизни", а не предвзятой доктрине.

В ряде случаев он утверждает ту же позицию, но в негативной форме, осуждая "стеснение" творчества, "подчинение стилю", "стадность мысли", "трафаретность образов", "узкие рамки доктрины", "канонов" и т. д.

Но и по отношению к этой теоретической и этической позиции Щусев не был доктринером. Вынеся еще из периода становления своего архитектурного мировоззрения мысль о необходимости творческой свободы, он высказывался об этом только мимоходом. Зато он подтверждал принцип свободы всем делом своей жизни, создав лучшие произведения методом свободного воплощения собственного эстетического чувства и дорогих для него идей.

А. В. Щусев. Этюд дворика для Казанского вокзала. Акварель.
1913.
А. В. Щусев. «Седьмая симфония». Рисунок.
1942.

Тема свободы в творчестве настолько и теоретически и практически крупна, что трактовка ее Щусевым заслуживает внимания и изучения, как оригинальный вклад этого чрезвычайно сильного художника в архитектурную эстетику нашего времени.

Щусев скончался на 76 году жизни 24 мая 1949 года. Последние из приводимых здесь текстов относятся ко времени больших восстановительных и градостроительных работ после Великой Отечественной войны 1941-1945 годов и первой послевоенной пятилетки.

Автор Н. Б. Соковов

 

К началу страницы
Содержание
Иван Фомин. О значении памятников архитектуры для города