Главная
Новости сайта
Анатомия профессии
Основные даты
Жилые дома
Общественные здания
Градостроительство
Архитектурные конкурсы
Недостоверные объекты
Карта Киева
Архив
Библиотека об Алешине
* Публикации
* Тематические блоги
* Журналы, газеты
* Видеоматериалы
Глоссарий
Книжная полка
Ссылки
Автора!
Гостевая книга
 
Поиск







Copyright © 2000—
Вадим Алешин
Публикации

Мастера архитектуры об архитектуре
Зарубежная архитектура. Конец XIX—XX век

Примечания

1. Статья П. Л. Нерви "La moderna tecnica costruttiva e suoi aspetti architettonici" в кн.: "Architettura d'oggi", Torino, 1955. Вернуться в текст
2. Мост через пролив Золотые ворота в Сан-Франциско имеет пролет около 1300 м. Вернуться в текст
3. Из кн.: Pier Luigi Nervi, Costruire corretemente, 1955. Вернуться в текст
4. Из кн.: Pier Luigi Nervi, Structures, 1956. Вернуться в текст
5. Из рукописи, хранящейся в Союзе архитекторов СССР. ь Журн. "L'architecture d'aujourd'hui", 1961, № 99. Вернуться в текст

 


ПЬЕР ЛУИДЖИ НЕРВИ
(1891-1979)

СОВРЕМЕННАЯ СТРОИТЕЛЬНАЯ ТЕХНИКА И ЕЕ АРХИТЕКТУРНЫЕ ВОЗМОЖНОСТИ [1]

В прошлом рождение новой статической системы происходило медленно, так как число исключительно одаренных конструкторов и архитекторов невелико. Сегодня любой скромный проектировщик может себе позволить смело поставить до сих пор не выдвигавшуюся статическую проблему и разрешить ее относительно легко и точно.

Нельзя, однако, не обратить внимание на отрицательные стороны такой практически весьма ценной "демократизации" статической проблемы. Большие произведения прошлого, и среди них главным образом готические соборы, выражают как в целом, так и в деталях наивысшую мудрость, чудесное чувство статики, почти немыслимое сочетание опыта и умения осуществить сооружение в натуре, которое требовалось от их создателей и конструкторов. В этих произведениях все конструктивные проблемы представляют собой синтез, в котором невозможно отделить художественное вдохновение от технической мысли: созревая в результате интуиции и размышления, они двигают вперед искусство.

Та легкость, с которой мы сегодня можем разрешить огромное количество конструктивных проблем, и простота метода расчета в сравнении с процессом мышления, основанным на интуиции, безусловно снизили уровень нашего строительства.

Я думаю, что человечество больше неспособно будет повторить технико-архитектурное чудо готических соборов.

Каков все-таки будет характер, дух новой архитектуры, в направлении к которой мы движемся?

Легко заметить, что увеличение значения роли строительной механики в решении большинства строительных задач, как, например, при создании мостов больших пролетов, обширных помещений для собраний, стадионов, вокзалов, аэропортов, огромных заводов, конторских зданий и т. п., принесут в силу конструктивной и экономической неизбежности наиболее острые и статически правдивые решения. Уже сейчас построены здания высотой 200-300 м, оболочки и сводчатые покрытия длиной более сотни метров, мосты с арками пролетом более 200 ле, висячие мосты длиной 1500 ле, и очень скоро эти размеры будут значительно увеличены [2]. [...]

Мы свидетели грандиозного зрелища: технический прогресс, который в итоге представляет собой постоянные поиски максимально выгодных решений, ведет многочисленные творения человечества в направлении, продиктованном неизменными физическими законами... Нетрудно также понять, что сталь, легкие сплавы, пластики и возможность их изготовления и применения в строительстве оказывают значительное влияние на развитие архитектуры. Они будут в равной мере причиной и результатом небывалых архитектурных замыслов, робкие ростки которых уже пробиваются в настоящее время, а в недалеком будущем расцветут в полную силу.

Трудно себе представить, к каким результатам привели бы эти же самые материалы в средневековом обществе, где единственно важной конструктивной задачей было сооружение храмов и замков.

Различия, существующие с архитектурной точки зрения между чугунной и мраморной колонной такой же формы или между фасадом, представляющим собой комбинацию стального каркаса и алюминиевых панелей, и фасадом из кирпича, лишь подтверждают то, что архитектурный язык и мысли преобразились, главным образом благодаря новым дерзновенным конструктивным формам, возникшим на базе строительной науки.

Богатство форм нового словаря архитектуры растет с каждым днем, и не только в результате увеличения количества и разнообразия строительных материалов, выпускаемых промышленностью, но и благодаря прогрессивным методам строительства. Если взять для примера железобетонные сооружения, самые ранние и те, которые выросли в наши дни, то легко заметить, как сильно изменился их внешний вид и архитектурные возможности в результате усовершенствования строительных процессов.

Сталь, железобетон и расчетные теории, позволяющие рационально их применять, это новые средства, которыми сегодня располагает архитектор. С их помощью он сможет создать значительно более сложные и выразительные симфонии, чем те, которые были возможны в более отдаленном прошлом. [...]

СТРОИТЬ ПРАВИЛЬНО [3]

По своим разнообразным аспектам, по продолжительности во времени, по научным, эстетическим, технологическим и социальным факторам, которые его составляют, можно считать, что строительство - наиболее типичное выражение творческой способности людей, наиболее существенный элемент для того, чтобы судить о степени культуры и самого духа общества... оно создает окружение, которое незаметно влияет и воспитывает людей... Очевидно, невозможно поднять строительство на такой высокий уровень, чтобы каждая постройка была произведением искусства. Но в пределах возможного было бы очень важно с точки зрения морали, экономики, социальной ценности так ориентировать строительство, чтобы оно удовлетворяло одновременно основным требованиям: функциональным, экономическим, эстетическим... Иными словами, необходимо, чтобы строительство было идеалом конструктивной правдивости, от которой мы сегодня часто находимся очень далеко. [...]

В архитектуре, где функциональные, конструктивные и экономические требования слиты воедино, для достижения высокого эстетического результата необходима правдивость. Это особенно заметно на примере наиболее пышных зданий прошлого столетия. Ни в одном периоде истории не было зданий, настолько испорченных функциональной и конструктивной ложью, как в начале XX века. Возможно, Это было вызвано отсутствием проектировщиков, разбиравшихся в новых материалах. С эстетической стороны такие здания были банкротами, они были нестерпимо риторичны, а иногда оскорбительно вульгарны.

Вокзалы с фронтонами греческих храмов, силовые станции в римском или готическом стиле, аэропорты, похожие на старинные дворцы, жилые дома с декоративными элементами, заимствованными из самых разнообразных эпох, неизменно связаны с фальшивыми конструктивными решениями, плохими в функциональном отношении, с перерасходом ценных материалов и неэкономичностью. [...]

Интуиция еще в недалеком прошлом позволяла осуществлять здания, которыми мы восхищаемся и теперь и которые не поддаются самым совершенным расчетам. Да и сейчас есть много статически неопределимых конструкций, которые создаются интуитивно и не могут быть рассчитаны математически, несмотря на их высокую техническую, архитектурную и экономическую целесообразность.

Невозможно проектировать сложные и ответственные конструкции, исходя только из математических формул строительной механики. Есть подлинная способность чувствовать и постигать конструкцию, как чувствуют взаимоотношение пропорции или цвета, и эта способность составляет необходимую основу проектирования.

Абсурдно отрицать полезность теорем и формул науки, которая неточно называется "теорией сооружений". Но мы должны признать, что получаемые теоретические результаты - лишь неясное и приблизительное отражение физической действительности. Мы приближаемся к действительности только тогда, когда присоединяем к математическим результатам результаты экспериментов, когда изучаем действительное поведение работающего элемента и, что существеннее всего, когда мы интуитивно постигаем его статическую работу. Другими словами, мы должны настолько совершенствоваться, чтобы, идя дальше научного математического этапа знания, достигнуть этапа интуитивного знания.

КОНСТРУКЦИЯ [4]

Самые трудные проблемы возникают в архитектуре из-за необходимости сочетать такие разные факторы, как гармония формы и требования технологии, жар воображения и холодный научный расчет, свобода вдохновения и железные законы экономики. За последние десятилетия этот синтез стал еще сложнее из-за технического и научного прогресса в строительстве, из-за объема задач, вызванных новыми путями нашей жизни, увеличения значения экономических факторов и, наконец, из-за необходимости обучить за короткий срок все большее число архитекторов, требуемых темпами строительства.

Техника открывает источник почти безграничных статических возможностей, конструктивных и функциональных, которые сами по себе невыразительны, но в том случае, когда они оживляются чувством композиции, гармонии и пропорции, а также заботой о деталях, они могут стать яркими выразителями архитектоники. [...]

Наш век будет знаменит в отдаленном будущем тем, что в течение Этого века зародился стиль следования законам физики. Их нельзя изменить, если только человечество не откажется от достижений науки, чтобы возвратиться к прошлому пути, пройденному им с доисторических времен до наших дней.

Стиль, первые ростки которого мы видим в наши дни, можно назвать подлинно правдивым стилем, потому что идеальные формы, приведшие к его возникновению, являются правдивыми в самом полном смысле слова. Огромная арка, ось которой следует линии давления, является правдивой и неизменяемой. [...]

Профессия архитектора сложна и требует высших качеств ума и сердца. Архитектор должен знать много и из самых различных областей. Когда студент освоит математические и статические основы, он может перейти к технике конструирования и проектирования действительных конструкций. Совершенно неправильно обучать студента расчету до изучения конструктивных систем, как это делается почти повсеместно, так как это в дальнейшем может вызвать внутренние противоречия между смелым замыслом конструкции и сознанием невозможности ее расчета, что характерно для большинства проектировщиков нашего времени.

Таким образом, различные технические основы, из которых строительная механика, пожалуй, наиболее важная, являются средствами выражения идей архитектора. Архитектор, не овладевший техникой, находится в положении композитора без знания инструментов.

Архитектурные школы должны прежде всего учить строить правильно, то есть строить функционально, технически и экономически правдиво, что необходимо и достаточно для удовлетворительных эстетических результатов, даже если при этом не достигнуты высоты искусства.

Построенное правильно архитектурное произведение, в зависимости от способностей архитекторов, может быть незначительным или прекрасным в художественном отношении, но назойливо раздражающим оно не будет.

ИЗ ДОКЛАДА НА VI МЕЖДУНАРОДНОМ КОНГРЕССЕ АРХИТЕКТОРОВ В ЛОНДОНЕ, 1961 [5]

Я не считаю слово "искусство", выражающим только эстетический аспект конструкций, а скорее то, что находится за математическими расчетами, исходящими из теории сооружений, что с первого взгляда может казаться достаточным для разрешения любой конструктивной строительной проблемы.

Искусство таинственно скрывает в своей работе состояние ума, которое передается сквозь время и пространство другим людям. Не должно ли искусство требовать свободы форм и выражения, которых нет в предметах, подчиняющихся физическим законам? И как установить нам, сколько надо свободы? Даже если мы сможем ответить на это, есть и более трудное: возможно ли учить искусству и как?

Я считаю, что искусство дает больше, чем эстетическое удовлетворение... Думаю, что учить ему невозможно. Поэтому учить надо лишь овладению средствами выражения. Так учат элементам поэзии, но, если ими пользоваться без таланта, получаются невыносимо скучные стихи. [...]

СОВРЕМЕННАЯ АРХИТЕКТУРА [6]

Входя в собор или присматриваясь к сводам ренессансных дворцов, я часто пытался проникнуться мыслью тех, кто определил конструктивные части и размеры их различных элементов. И я не мог не сравнивать жар и глубину мыслей, необходимых для того, чтобы свести в одно целое и уравновесить столь различные явления с холодностью и бесстрастной объективностью математических формул, которые позволяют нам сегодня получить столь обширную палитру конструктивных решений.

Так же легко видеть, насколько глубоко изменились условия для архитектурной выдумки и как подтверждается необходимость найти новые пути, которые, относясь к основным приемам прошлого, ведут нас в будущее.

Опыт показывает, что молодые, способные понять и усвоить математические основы строительной науки и способные также к подлинно художественному вдохновению, являются настоящим исключением.

В наши дни архитектор ограничивается тем, что рисует конструкции с формалистических позиций, с сознательной или бессознательной мыслью, что инженер сделает поправку и необходимые расчеты. Так же и инженер, который их рассчитывает, думает, что найдется строитель, способный их осуществить.

Нельзя забывать, что само богатство статических решений, ставшее возможным благодаря точным системам расчета и высокому качеству материалов, может привести к противоестественным статическим схемам. Иными словами, к архитектуре структур, которая, вместо того чтобы исходить из логической идеи - красота, гармония, здравый смысл, - исходит из безличных законов мира статики и которую насильно заставляют служить показной акробатике.

И это, по моему мнению, одна из самых больших опасностей структурной архитектуры в наше время.

 

К началу страницы
Содержание
Пьер Луиджи Нерви  Джо Понти