Главная
Новости сайта
Анатомия профессии
Основные даты
Жилые дома
Общественные здания
Градостроительство
Архитектурные конкурсы
Недостоверные объекты
Карта Киева
Архив
Библиотека об Алешине
* Публикации
* Тематические блоги
* Журналы, газеты
* Видеоматериалы
Глоссарий
Книжная полка
Ссылки
Автора!
Гостевая книга
 
Поиск







Copyright © 2000—
Вадим Алешин
Публикации
Селим Хан-Магомедов
Архитектура советского авангарда

Книга вторая
Социальные проблемы

1. Бархин Г.Б. К вопросу проектирования клубов // Строительная промышленность. - 1930. - № 5. - С. 464-465. Вернуться в текст
2. Наппельбаум Л. К вопросу о новом клубе // Строительная промышленность. - 1929. - № 12.- С. 1052-1053. Вернуться в текст
3. Милинис И. Ф. Проблема рабочего клуба // СА. - 1929. - №3. - С. 112. Вернуться в текст
4. Там же. Вернуться в текст


Глава 5. Рабочие клубы и избы-читальни - проблема формирования новой социалистической культуры

6. Массовое строительство клубов, дискуссия о рабочем клубе

Во второй половине 20-х годов проектирование и строительство рабочих клубов по заказам крупных предприятий и отраслевых профсоюзов приобретает широкий размах. Только в Москве и Московской области в 1926-1928 гг. было построено 45 клубов (не считая мелких клубов с залами менее 300 мест). В последующие годы были сооружены клуб типографии "Красный пролетарий" (архит. С. Пэн, 1930), клуб завода "Серп и Молот" (архит. И. Милинис, 1929-1933) и др.

Большое количество рабочих клубов было построено и в других городах, среди них в Ереване клуб строителей (архитекторы К. Алабян, М. Мазманян и Г. Кочар, 1929-1931), в Ленинграде Дом культуры союза кожевников (архит. М. Рейзман, 1929-1931), в Краматорске рабочий театр-клуб (архит. А.Дмитриев, 1928- 1931), в Харькове клуб союза строителей (архитекторы И. Малоземов, И. Милинис и Я. Штейнберг, проект 1927-1928 гг.) и др.

В отличие, например, от такого нового типа здания, как дом-коммуна, рабочий клуб, едва сформировавшись как архитектурный объект, сразу же получил распространение. Окончательная дифференциация рабочего клуба как самостоятельного типа общественного здания фактически произошла лишь к середине 20-х годов, когда состоялись первые конкурсы на проекты типовых клубов для отраслевых профсоюзов (железнодорожников, сахарников).

Во второй половине 20-х годов в различных городах и рабочих поселках страны уже сооружались десятки и сотни клубов различного размера с самым разнообразным набором помещений.

Получилось так, что массовому строительству рабочих клубов не предшествовала углубленная предварительная разработка самого типа этого общественного здания, не все было ясно и в вопросе о том, какое место должен занимать клуб как в системе массово-политической работы общественных организаций промышленных предприятий и отраслевых профсоюзов, так и в системе культурно-просветительных и зрелищных учреждений жилого района и города в целом. Рабочие клубы, сооружавшиеся во второй половине 20-х годов, взяли на себя не только функции организации коллективных мероприятий и кружковой работы, но и целый ряд других функций, одни из которых были связаны с конкретными задачами тех лет и носили временный характер (ликвидация неграмотности, повышение общеобразовательного уровня рабочих и т. д.), другие оказались экономически нерентабельными (например, считалось, что показ кинофильмов будет осуществляться за счет профсоюзных средств со свободным входом всех желающих), третьи не были рассчитаны на самодеятельное самообслуживание и требовали постоянных штатов квалифицированных специалистов (техническая учеба, библиотека и др.).

Размах строительства рабочих клубов во второй половине 20-х годов значительно превышал по объему строительство других культурно-массовых сооружений. Это во многом объяснялось тем, что клубы как бы поглотили и растворили в себе функции целого ряда культурно-просветительных и зрелищных зданий.

С. Пэн. Клуб типографии "Красный пролетарий" в Москве. 1929-1930. Общий вид С. Пэн. Клуб типографии "Красный пролетарий" в Москве. 1929-1930. План первого этажа

В. Владимиров. Клуб "Пролетарий" в Москве. 1927-1928. Общий вид А. Розанов. Клуб "Красные текстильщики" в Москве. 1928. Общий вид

А. Розанов. Клуб "Красные текстильщики" в Москве. 1928. Интерьер зрительного зала

Зародившись в первые годы советской власти как форма классового объединения рабочих в сфере агитационно-массовой и культурно-просветительной работы, как важный инструмент культурной революции и политического воспитания трудящихся масс, рабочий клуб впитав в себя и опыт работы первых Дворцов труда и Дворцов рабочих) пришел ко второй половине 20-х годов со сложным переплетением функций и организационных форм, возникших на различных этапах экономического и политического развития страны (военный коммунизм, нэп, восстановительный период, индустриализация). Жизнь стремительно изменялась, а в программе рабочего клуба многое оставалось неизменным. В результате уже в разгар массового строительства рабочих клубов в их структуре, во взаимосвязи различных функций и в соотношении общественного и хозрасчетного начал выявились серьезные противоречия.

Обнаружилось, например, что нет четкого представления о том, какие именно духовные потребности трудящихся должен удовлетворять клуб как особый тип общественного здания, чем он должен отличаться от коммерческого зрелищного сооружения (театра, кинотеатра, спортивной арены) или от обычного культурно-просветительного учреждения (библиотеки, музыкальной школы, лектория и т. д.). Необходимость разобраться в этих вопросах диктовалась тем обстоятельством, что, взяв на себя многие функции зрелищных и культурно-просветительных учреждений, рабочий клуб уже во второй половине 20-х годов в условиях резкого дефицита зданий как раз для этих учреждений общей системы обслуживания населения стал постепенно превращаться из общественной организации (в качестве каковой он и был задуман) в некий конгломерат коммерческого зрелищного заведения, культурно-просветительного учреждения, места проведения рабочей самодеятельности и т. д.

В результате существенно изменился статут рабочего клуба как особого типа общественного здания. Потребовалось срочно пересматривать его программу и всю систему функционирования. Во-первых, успехи культурной революции, рост общеобразовательного уровня и духовных потребностей трудящихся и все усложняющиеся формы контактов городского населения во внерабочее время требовали превращения клуба во все более сложный организм.

Возникли неизбежные противоречия между финансовыми возможностями конкретного предприятия (или отраслевого профсоюза) и диапазоном интересов посетителей клуба. Чтобы удовлетворить все разнообразные потребности членов конкретного производственного коллектива, которых обслуживал данный клуб, архитектору приходилось проектировать его как универсальное по назначению сооружение, используя различные приемы трансформации помещений клуба (в этой области проявилось виртуозное мастерство К. Мельникова).

Однако эти приемы имели свои пределы, за которыми расширение диапазона духовных интересов трудящихся требовало увеличения абсолютных размеров клуба. Это оказалось целесообразным лишь в том случае, когда клуб строился крупным предприятием, в других же случаях, при сохранении принципа принадлежности клуба одному производственному коллективу, это вело к понижению эффективности его использования.

В этих условиях более целесообразным оказывался путь или усиления узкой специализации помещений клуба, или дальнейшей дифференциации этого типа здания с переходом на использование его специализированных элементов не в зависимости от места работы посетителя, а с учетом общности интересов.

Таким образом, как и в случае с домами-коммунами, ориентация на замкнутый потребительский коллектив (в данном случае речь идет о "потреблении" культуры) с попыткой регламентации связей во внерабочее время, как выяснилось, не учитывала многих реальных процессов развития культуры.

Во-вторых, оказались экономически необоснованными предположения о возможности функционирования зрелищной части клуба (включая и показ кинофильма) на общественных началах. А так как в 20-е годы практически не строились специальные кинотеатры, то клубные залы стали основой системы коммерческого проката кинофильмов. Потребовалось уже построенные клубы спешно приспосабливать к двойному режиму функционирования - клубная работа для трудящихся конкретного предприятия и использование части здания как обычного кинотеатра, обслуживающего всех желающих. Пришлось продумывать формы пространственного вычленения этих различных функциональных процессов, оборудовать дополнительные помещения (касса, фойе, и т.д.). При этом, вполне естественно, многие клубы оказались неудобными для такого двойного использования, так как это не предусматривалось их первоначальной программой.

В-третьих, широко распространенные в 20-е годы представления о постепенном растворении многих видов профессионального искусства (живописи, театра, музыки и т.д.) в массовой самодеятельности трудящихся существенно повлияли как на программу строившихся рабочих клубов, так и на общий состав специализированных зданий всей сети культурного обслуживания городского населения. Жизненность профессионального искусства (которое вопреки предсказаниям не "отмирало") уже в конце рассматриваемого периода показала несостоятельность попыток превратить клубы в основные центры развития таких видов искусств, как театр, живопись, музыка и т. д. Это повлияло на форму организации работы художественной самодеятельности в клубах и потребовало обратить особое внимание на разработку специализированных типов общественных зданий, например, таких, как театр. Не случайно именно в первой половине 30-х годов было проведено большое количество конкурсов на проекты театров для многих городов страны (подробнее об этом ниже).

Многие противоречия программы рабочих клубов выявились уже в процессе массового строительства этого типа общественного здания во второй половине 20-х годов.

В. Красильников и Л. Славина. Клуб завода "Серп и Молот" в Москве. Конкурсный проект. 1929. Перспектива А. Дмитриев. Рабочий театр-клуб в Краматорске. 1928-1931. Общий вид

А. Дмитриев. Рабочий театр-клуб в Краматорске. 1928-1931. План

В середине 1928 г. в двухнедельном журнале "Революция и культура" (№ 11) в дискуссионном порядке была опубликована статья С. Третьякова "Эстетическое загнивание клуба", где говорилось о перерождении клуба из места политической работы в место развлечения, да еще на низком уровне. Политическая работа переместилась в "Красные уголки" по месту жительства, писал Третьяков, и предлагал закрыть клубы.

Разгорелась дискуссия. За вторую половину 1928 г. в журнале "Революция и культура" было опубликовано более 10 статей, в которых обсуждались проблемы клуба и высказывались самые различные предложения. В статьях И. Стефанского ("Лицо рабочего клуба", № 12). П. Ежа ("Клуб отстает от жизни", № 13), М. Розенталя ("О работе клубов", № 14) и Б. Рославлева ("Клубный вопрос", № 15) в целом поддерживалось мнение С. Третьякова о неблагополучном положении дел в клубах, А. Муратов в статье "Опасно ли болен клуб?" (№ 13) не соглашался с точкой зрения Третьякова о перерождении клуба. С. Гривун поставил в заголовке своей статьи вопрос "Нужен ли рабочий клуб?" (№ 14) и сам отвечал на него - нужен, а Н. Загорский, назвав свою статью "Убить или лечить?" (№ 15). писал что клубы надо лечить, а не ликвидировать. Дизе в статье "Клуб и местожительство рабочих" (№ 19) ратовал за то, чтобы рабочие могли пользоваться клубами, наиболее близко расположенными к их дому, а не только "своими" (т.е. производственными). В статье Р. Гинзбурга ("Чем больны клубы", № 20) рассматривалась проблема предпочтительного типа клуба. Сравнивая территориальные и производственные клубы, автор высказывается за районные Дворцы культуры.

В ходе дискуссии о рабочем клубе большое внимание уделялось выяснению роли клуба в политическом воспитании трудящихся.

Многие считали, что клуб как форма массовой работы среди трудящихся не изжил себя, но что необходимо возродить его первоначальные принципы (главное - политическая работа с трудящимися) и продумать форму его связи с производственным коллективом, с профсоюзом, с местом жительства рабочих и т. д.

Таким образом, в конце 20-х годов клуб как форма культурно-массовой организации трудящихся переживал определенный кризис жанра. В связи с этим чрезвычайно обострился вопрос и о клубе как об архитектурном типе сооружения.

В ходе дискуссии архитекторами был выдвинут целый ряд концептуальных теоретических и проектных предложений. Рассмотрим некоторые из них.

Г. Бархин в статье "К вопросу проектирования клубов" писал, что наряду с "ростом клубного строительства значительно видоизменяется и сама клубная работа, что, естественно, должно найти свое отражение и на заданиях к проектированию, и на самих проектах клубного строительства. Центр клубной работы начинает определенно перемещаться от зрелищно-театральной части и кино к более углубленной проработке вопросов политического, профессионального и производственного просвещения в студийной и кружковой обстановке. Большой зал теряет свое значение в сравнении с так называемым "малым залом" для собраний, докладов, лекций. В новом клубе являются обязательными аудитории, производственно-выставочные комнаты; значительно увеличивается число кружковых комнат, расширяется площадь, отводимая для библиотеки-читальни. Все более существенной и требующей определенного разрешения становится детская часть клуба. Намечается значительное развитие пионерских и юношеских помещений. Вместе с тем возможно полно и правильно должна разрешаться в плане клуба спортивная часть...

Позднейшие проекты, как полученные путем конкурсов, так частью и осуществленные, все больше отходят от больших зал и заключают значительное развитие клубной части"1.

Такова была точка зрения Г. Бархина на преобладающие тенденции развития рабочего клуба как архитектурного типа. Были и другие точки зрения.

Так, Л. Наппельбаум видел основную задачу реформирования клуба в поисках новой формы клубной работы. В полемике с другими точками зрения на клуб он сформулировал свое понимание путей развития клуба, опубликовав на эту тему две статьи в журналах "Строительная промышленность" и "Искусство в массы", сопроводив свои теоретические положения схематическим проектом клуба нового типа.

Констатировав, что "современный клуб далек от желанного", Л. Наппельбаум пишет: "Не в изменении формы зрительного зала, в его разделении на большие и малые аудитории, не в максимальном использовании этой огромной кубатуры, не в прибавлении одной-двух комнат (для игр, радио), не в решении задачи входов и разделении шумовых от тихих кружков - выход к новому клубу. Мы должны найти новую форму клубной работы. Мы не должны считаться с теми случайными предпосылками, которые возникают сегодня, нельзя строить настоящего большого дела наполовину, и притом неправильно истолковывая его. Сотни клубов будут построены в ближайшие годы. Сотни ошибок будут повторены. Архитектор - строитель нового быта, нужен новый клуб...

Клуб - самодеятельность. Каждый присутствующий принимает активное участие. Никаких гастролей, никаких халтур, никаких азартных состязаний. Свободное соревнование с товарищами, среди товарищей. Теа-кинопостановки, выставки, состязания - это демонстрация своих достижений.

Работа клуба протекает по 4 основным руслам: 1) научный сектор, 2) сектор искусств, 2) физкультурный сектор и 4) сектор молодежи.

В новом клубе все отрасли различных профессий имеют свои кабинеты. Клуб - это очаг развития рабочей мысли, знания, смекалки. В клубе рабочий найдет все ответы на интересующие его вопросы науки и техники, Через научную лабораторию нового клуба с широко открытыми глазами пролетарии выйдут на дорогу творческого производства.

Новое художественное произведение - вещь коллективная, и оно предназначено для всех и каждого.

По всем видам искусства образуются кружки. Принимая участие в теа-кинопостановках, в кружках, рисунке, живописи, лепке, фото - рабочий получает широкую возможность отразить жизнь и нужды по всем вопросам своей жизни. Пролетарий через клуб примет активное участие в создании подлинного пролетарского искусства.

Спорт - есть высшая школа развития чувства коллективизма. Все виды спорта - в клуб. Сто процентов физкультуры в клуб.

Здесь вырастает та смена, которая так необходима новому государству. Среди старших, в новых условиях, будет вырастать молодежь.

Собственными кружками-лабораториями, мастерскими, спортплощадками она разовьет ту самодеятельность, которая сделает из молодежи крепких, уверенных строителей новой жизни"2.

Наппельбаум видел главную задачу клуба в формировании в условиях созданного там нового быта нового человека. Клуб он рассматривает как развитый культурно-спортивный комплекс, расположенный среди зелени на берегу реки. Это "центральный клуб для группы заводов". Территория клубного комплекса делится на секторы - научный, искусств, физкультурный и молодежи.

И. Милинис. Клуб завода "Серп и молот" в Москве. 1929-1933. Аксонометрия И. Милинис. Клуб завода "Серп и молот" в Москве. 1929-1933. Общий вид

И. Милинис. Клуб завода "Серп и молот" в Москве. 1929-1933. Интерьер (зрительный зал) И. Милинис. Клуб завода "Серп и молот" в Москве. 1929-1933. Интерьер (фойе)

Л. Наппельбаум. Экспериментальный проект рабочего клуба нового типа. 1929. Аксонометрический генплан (схема) И. Милинис. Рабочий клуб строителей. Экспериментальный курсовой проект. ВХУТЕИН (мастерская А. Веснина). 1928. Аксонометрия

И. Милинис. Рабочий клуб строителей. Экспериментальный курсовой проект. ВХУТЕИН (мастерская А. Веснина). 1928. План второго этажа

В 1928 г. И. Милинис создает во ВХУТЕИНе (мастерская А. Веснина) проект рабочего клуба для строителей, рассматривая его как экспериментальный проект в рамках дискуссии о типе нового клуба. Публикуя свой проект в журнале "СА", Милинис сопроводил его развернутой пояснительной запиской, в концептуальной части которой он писал:

"Клуб готовит и воспитывает активных пролетариев - участников социалистического соревнования, самодеятельность которых должна широко разворачиваться в ряде организаций рабочего класса.

В условиях нэпа клуб фактом своего существования и всеми своими качествами должен стимулировать переход к социалистическому обществу. Включая в себя максимум элементов наиболее прогрессивных форм быта, являясь действительностью, пропагандирующей социализм, он тем самым становится мощным рычагом в деле формации нового человека...

Рабочий клуб, как массовая политпросветительная организация, преследующая цели предоставления рационально построенного отдыха, оформления и укрепления революционно-марксистского сознания масс, поднятия культурного уровня и познания мира, нас окружающего, несет большую ответственность за идеологическую выдержанность руководства работой, поэтому последняя должна быть организована на базе научно обоснованного метода.

Такое руководство не под силу отдельным клубным работникам. К тому же неустанно возрастающая многочисленность клубов не может быть насыщена высококвалифицированными клубными работниками. Это выдвигает необходимость массовую работу клубов в большей ее части механизировать, привлекая на службу те достижения техники в области передачи на расстояние изображения и звука, которые стали уже действительностью и до сего времени широко не использованы. В этом плане мыслится организация центрального института с кадром высококвалифицированных работников, цель которых вырабатывать клубные занятия с учетом всех требований клубной аудитории и свой продукт с помощью радио, звучащего кино, передачей изображения на расстояние преподносить миллионной аудитории клубов, противопоставляя это отсебятине, кустарничеству, акцентированию работы на театральных представлениях, которые по сути дела являются слабыми средствами в достижении прямых целей клуба. Занятия клуба организуются так, чтобы член данного коллектива, посещая клуб ежедневно в продолжении всего времени, свободного от работы и сна, мог найти для себя организованное занятие. Этим устраняется взгляд на клуб как на коммерческое предприятие"3.

Под клуб И. Милинис отводит обширную территорию, которая помимо основных клубных корпусов (зал для массовой работы, корпус кружковых комнат, детские ясли, спортивный корпус) включает в себя демонстрационное поле (последние достижения строительной техники), парк для отдыха, летнее фойе зала, показательное поле сельскохозяйственных культур, спортивные площадки.

Особое внимание в проекте уделено залу для массовой работы, который предлагалось оснастить современным техническим оборудованием. Чтобы достичь равномерности в распространении звука, "мембрана громкоговорителя помещена в потолке". Круглый в плане большой зал мог объединяться в случае необходимости с примыкающим к нему малым залом. Большой зал "имеет небольшую эстраду. Сцена как таковая отсутствует по тем соображениям, что клуб не должен акцентировать свою работу на театре, как не должен акцентировать на планетарии, цирке, музее и т.п. Залу же предъявлено другое требование - ответить разнородным видам массовой работы, что требует возможности изменять емкость зала, получать горизонтальный пол, переносить центр действия в среду присутствующих и т. д."4. Зал опоясан фойе. Кинобудка на рельсах перемещалась по наружному периметру круглого зала и через горизонтальные проемы могла проецировать изображение в любом месте.

Сложности в формировании такого нового типа общественного здания, как рабочий клуб, отражали общий характер противоречивого процесса поисков новых в социальном отношении типов зданий и поселений. Существенное изменение самого социального заказа в процессе становления нового общества, неразработанность проблем социалистического расселения и нового быта, борьба различных теоретических концепций, предлагавших разнообразные модели архитектурно-пространственной организации жизни города будущего, - все это отражалось и на процессе формирования новых типов сооружений, в частности, вело к преувеличению значения "социальных контактов" во внерабочее время, что было отражением такой характерной особенности социальной психологии трудящихся первых послереволюционных лет, как преобладание коллективистских настроений. Под влиянием этих конкретно-исторических особенностей происходило в те годы и формирование социального заказа в архитектуре, в котором определяющим стало требование создания таких новых типов зданий, которые представляли бы широкий простор осуществлению разнообразных "социальных контактов". Стремление к максимальной коллективизации всех процессов потребления и отдыха безусловно отразилось и в таких возникших в рассматриваемый период зданиях нового типа, как дома-коммуны, рабочие клубы, фабрики-кухни, театры массового действия, бани-бассейны и т. д. Максималистские требования "коллективизации" свободного времени трудящегося человека, в той или иной степени заложенные в программы этих зданий, были одной из причин кризиса архитектурных типов подобных сооружений в конце рассматриваемого периода и в 30-е годы.

Немаловажную роль в выявившихся серьезных противоречиях между программой новых типов зданий и быстро изменившимися условиями жизни сыграло то обстоятельство, что в поисковых проектах 20-х годов, рассматривавшихся их авторами в качестве разработок для будущего, главное внимание, как правило, обращалось на удовлетворение сегодняшних потребностей возможностями завтрашней техники.

В тот период разрыв между уже выявившимися потребностями трудящихся и степенью их удовлетворения был так велик, что многие архитекторы в самой количественной стороне нового социального заказа видели основу перспективных качественных изменений в архитектуре.

При этом не всегда учитывалось, что и многие потребности рабочего также менялись, следуя, в частности, изменениям в модели социализма. Еще не были средствами архитектуры удовлетворены те его потребности, которые возникли в недавнем прошлом, а уже шел интенсивный процесс их изменения и формировались новые потребности, менялось социальное положение рабочего в обществе. В 20-е годы в том социальном заказе, который получали от нового общества архитекторы, в сложном переплетении содержались различные потребности: неудовлетворенные потребности прошлого, новые потребности сегодняшнего дня и возникающие потребности будущего. Поэтому многие проекты 20-х годов, которые представлялись их авторам устремленными в будущее, при всей виртуозности их функционально-конструктивного и художественно-композиционного решения с точки зрения удовлетворения потребностей современного человека быстро устаревали. В этом состоит одно из существенных противоречий архитектуры советского авангарда.

К началу страницы
Содержание    5.5. Поиски художественного образа клуба  5.7. Клубы И. Леонидова