Главная
Новости сайта
Анатомия профессии
Основные даты
Жилые дома
Общественные здания
Градостроительство
Архитектурные конкурсы
Недостоверные объекты
Карта Киева
Архив
Библиотека об Алешине
* Публикации
* Тематические блоги
* Журналы, газеты
* Видеоматериалы
Глоссарий
Книжная полка
Ссылки
Автора!
Гостевая книга
 
Поиск







Copyright © 2000—
Вадим Алешин
Публикации
Селим Хан-Магомедов
Архитектура советского авангарда

Книга вторая
Социальные проблемы

1. Архитектура СССР. - 1934. - № 12. - С. 18. Вернуться в текст
2. Строительство Москвы. - 1927. - № 11. - С. 3-5. Вернуться в текст
3. В мастерской Мельникова // Рабис. - 1929. - № 46. - С. 8. Вернуться в текст
4. 10 рабочих клубов Москвы. - М.-Л., 1932. - С. 73. Вернуться в текст
5. Лухманов H. Архитектура клуба. - М., 1930. - С. 17. Вернуться в текст
6. Там же. - С. 19-20. Вернуться в текст
7. Там же. - С. 72. Вернуться в текст
8. Лухманов H. Указ. соч. - С. 72-78. Вернуться в текст


Глава 5. Рабочие клубы и избы-читальни - проблема формирования новой социалистической культуры

4. Клубы К. Мельникова

Во второй половине 20-х годов наибольшее распространение получали рабочие клубы, рассчитанные на обслуживание трудящихся крупных промышленных предприятий или членов отраслевых профсоюзов.

Большой вклад в разработку этого типа клуба внес К. Мельников. В 1927-1928 гг. он создает проекты семи рабочих клубов. За исключением одного, эти проекты были осуществлены: пять клубов было построено в Москве (им. Русакова, "Свобода", "Каучук", им. Фрунзе, "Буревестник") и один под Москвой, в Дулеве.

Как уже отмечалось выше, принятое Президиумом МГСПС постановление об обязательном отчислении на клубное строительство 10 % средств из культфонда и выделении на те же цели твердого процента от средств фонда улучшения быта рабочих обеспечило финансовую базу для развертывания клубного строительства. Получилось так, что реальный заказ на клубное строительство, заказ, обеспеченный необходимыми средствами, возник как бы сразу. У архитекторов было мало времени на раскачку, на обсуждение вопроса о типе здания, о его образе. А у заказчика было стремление в короткий срок получить проект и начать строительство. Поэтому многие профсоюзы предпочитали обходиться без конкурсов, а заказывать проекты непосредственно архитекторам.

Быстрое развертывание строительства рабочих клубов в 1927-1928 гг. без конкурсов в целом по стране явно снизило общий уровень архитектуры этого нового типа общественного здания. Было выстроено большое количество неинтересных по архитектуре, маловыразительных сооружений (в том числе и в Москве). Но, с другой стороны, именно отсутствие конкурсов и отбор проектов непосредственно профсоюзами привели к тому, что острая творческая борьба различных течений не сыграла на первом этапе развертывания клубного строительства роль фильтра. В результате, наряду с большим количеством довольно средних по архитектуре рабочих клубов, в эти годы было запроектировано и построено несколько действительно оригинальных сооружений. И среди них клубы Мельникова по праву могут считаться лучшими из лучших. Они так и остались лучшими, непревзойденными по архитектуре рабочими клубами, построенными в нашей стране.

Пожалуй, Мельникову тогда повезло, что на проекты рабочих клубов не объявляли конкурсов, а профсоюзы заказали проекты лично ему, так как трудно предположить, что любой состав жюри одобрил бы в те годы, например, проект клуба им. Русакова. Но одновременно повезло и советской архитектуре, что такой архитектор, как Мельников, получил возможность в короткий срок осуществить в натуре шесть своих оригинальных проектов клубов, причем осуществить так, как они были им задуманы. Это действительно был "золотой сезон" Мельникова, когда он в течение двух-трех лет одновременно проектировал и строил около десяти объектов.

Вот как он сам пишет об этих счастливых для него годах:

"Начиная с 1927 года... мой авторитет вырос в монопольный захват. Вслед за Бахметьевским гаражом поручается строительство гаража для грузовых машин на Ново-Рязанской улице, строительство зданий клуба им. Русакова на Стромынке, клуба им. Фрунзе на набережной, против Ново-Девичьего монастыря, клуба завода "Каучук" на Плющихе, клуба "Буревестник" у парка Сокольники, клуба "Свобода" на Вятской улице, клуба при фарфоровом заводе в Дулеве, перестройка Камерного театра на Тверском бульваре, постройка на личные деньги собственного дома по Кривоарбатскому переулку... вот так поступит ЛЮБОВЬ и с Вами, если она Вас полюбит.

Как в полусне и в особенности здания клубов проектировались мною не просто как здания, я составлял проект грядущего счастья, проект архитектуры большого подъема строительства новой жизни, и не остановится темп современных форм Архитектуры, начавшегося здесь у нас на взрывах прошлого; трудно теперь повторить тот ритм...

Их было семь, как в гамме, семь архитектурных тем. Первые два проекта составлены по заказу Союза коммунальников. Один, в пяти цилиндрах, принадлежит зданию клуба имени Зуева, в другом, в основе здания клуба имени Русакова, лежит треугольник. Резко различное изображение Архитектуры поразило заказчиков... от Союза коммунальников перенял меня Союз химиков, а тот, без очереди передал меня Союзу кожевников ("Буревестник"). Больше десяти проектов в одни руки... Строительные конторы Госстроя, Комстроя, Сокстроя и другие подчинялись Архитектуре Мельникова. Здесь в этом обилии взаимных чувств решалась Архитектура... Вот сердцевина всего меня в Архитектуре, мое сердце, мой талант и жизнь моей души, любви и счастья, моих страданий, моего изобретательства, моего нутра".

Даже при отсутствии конкурсных жюри сверхоригинальные проекты Мельникова встречали сопротивление, но не со стороны заказчика (заказчикам, т.е. представителям профсоюзов, проекты нравились именно своей оригинальностью, необычной новизной архитектурного образа), а со стороны строителей, которых пугали сложные для выполнения архитектурные композиции. Но представители профсоюзов энергично отстаивали одобренные ими проекты Мельникова.

К. Мельников. Клуб фабрики "Свободах в Москве. 1927-1929. Фасад К. Мельников. Клуб фабрики "Свободах в Москве. 1927-1929. Планы

К. Мельников. Клуб фабрики "Свободах в Москве. 1927-1929. Разрезы К. Мельников. Клуб фабрики "Свободах в Москве. 1927-1929. Перспектива (эскиз)

К. Мельников. Клуб фабрики "Свободах в Москве. 1927-1929. Интерьер зрительного зала К. Мельников. Клуб фабрики "Свободах в Москве. 1927-1929. Общий вид

К. Мельников. Клуб фабрики "Свободах в Москве. 1927-1929. Фрагмент К. Мельников. Клуб фабрики "Буревестник" в Москве. 1928-1930. Перспектива

К. Мельников. Клуб фабрики "Буревестник" в Москве. 1928-1930. Интерьер зрительного зала К. Мельников. Клуб фабрики "Буревестник" в Москве. 1928-1930. Планы

К. Мельников. Клуб фабрики "Буревестник" в Москве. 1928-1930. Общий вид

"Пробовали не утверждать проект клуба им. Русакова, - вспоминает Мельников. - Вспыхнув гневом, мои парни Макаров и Васильев забрали отверженный проект и меня, пришли в Моссовет к товарищу Волкову. Тот срочно вызвал к себе начальника Губинжа - Петра Маматова и здесь же, не присаживаясь, он с дрожью завизировал чертежи строительства, которого еще никогда и нигде не строили".

Все это совершенно справедливо. Когда в конце 20-х годов в различных районах Москвы стали строиться, а затем освобождаться от строительных лесов эти невиданные по архитектуре клубы Мельникова, они сразу стали объектом пристального внимания как архитекторов, так и широкой общественности. Бывшие студенты архитектурного факультета ВХУТЕИНа вспоминают, что они с большим интересом следили за строительством клубов Мельникова. Оригинальность их архитектурного облика особенно импонировала молодежи, чуткой ко всему новому.

Нравились клубы Мельникова и тем, для кого они строились, т.е. рабочим, членам профсоюза. Уже в 1934 г., когда в нашей архитектуре нарастала тенденция освоения классического наследия, журнал "Архитектура СССР" поместил подборку высказываний рабочих под рубрикой "Рабочий счет архитектору". Приведено и высказывание рабочего (с более чем тридцатилетним стажем) с фабрики "Буревестник", для которой Мельников построил рабочий клуб. Вот как оценил этот клуб рабочий фабрики: "Мне хочется поделиться впечатлениями о нашем превосходном клубе. Это образцовое клубное здание. ...из клубов среднего масштаба наш один из лучших. Нашим рабочим очень нравятся закругленные формы фасада, подымающаяся вверх круглая башня, вся из стекла. Очень хороша окраска клуба. Зрительный зал... отлично оборудован... Высокие залы, огромные читальни, аудитории - все это оправдывает любовь рабочих к нашему клубу. Надо сказать, что рабочие хотят, чтобы клуб сразу отличался от прочих зданий. Клуб должен быть торжественным, он должен радовать как снаружи, так и внутри. Наш клуб этим требованиям удовлетворяет"1.

В конце 20-х годов Мельников интенсивно проектировал и вел архитектурный надзор за своими многочисленными строящимися объектами. У него не было времени писать о своих творческих концепциях. Но о его клубах тогда много говорили и писали. Причем писали люди, с большой симпатией относившиеся к его творчеству, которые неоднократно встречались с ним и в беседах с которыми Константин Степанович высказывал свои творческие идеи. Эти его высказывания авторы статей излагали в своих публикациях.

Наиболее раннее изложение в печати подхода Мельникова к архитектуре рабочего клуба относится к 1927 г. Автор статьи в журнале "Строительство Москвы" так писал о творческой идее Мельникова: "Он считает, что форма современного клуба должна быть индивидуальной, резко отличаясь от всех иных зданий другого назначения; затем, бесконечное разнообразие клубной деятельности, как-то: собрания, доклады, кружковая работа, театр, кино и т. д., никогда не сможет вместить в себя один зал. Этой потребности будет отвечать лишь система зал, могущих, в случае надобности, быть соединенными друг с другом"2.

В 1929 г. в журнале "Рабис" была опубликована беседа с Мельниковым. О своих проектах клубов он так говорил сотруднику журнала: "При проектировании мною зданий для клубов я проводил тот основной принцип, что вся работа клуба должна проходить на глазах масс, совершенно открыто, а не в закрытых коробках-комнатах, базирующихся на ряд коридоров. Этого я достигаю устройством системы зал - и почти только зал - которые могут переключаться, выключаться, объединяться и т.п."3.

В 1932 г. была издана книга "10 рабочих клубов Москвы", в которой проанализированы (в отдельных статьях) клубы, построенные в Москве к 1930 г. Из десяти отобранных для книги клубов четыре принадлежат Мельникову (им. Русакова, им. Фрунзе, "Буревестник", "Свобода"), и надо сказать, что другие помещенные в книге клубы по своим архитектурным достоинствам (за исключением, пожалуй, клуба им. Зуева архит. И. Голосова) не выдерживают такого соседства.

Известный искусствовед М. Ильин, написавший в этой книге статьи о двух клубах Мельникова, отмечал, анализируя клуб им. Русакова: "По мнению автора проекта, арх. К.С. Мельникова, рабочий клуб должен служить прежде всего и главным образом для массовой культурной работы (спорт, театр, лекции и т.п.), которая строится на принципах самообслуживания и самодеятельности. Архитектура клуба должна четко выделять это здание из ряда всех прочих архитектурных объектов, здание клуба должно иметь столь же характерное для нашего времени лицо, каким обладали в предшествующие эпохи культовое здание или дворец"4.

Двумя годами раньше была издана книга Н. Лухманова "Архитектура клуба", посвященная в основном мельниковским клубам. Лухманов встречался и беседовал с Мельниковым и в своей книге неоднократно излагает мнение автора проектов. Приведу цитату из этой книги.

"В основном принципы клубной архитектуры К. С. Мельникова заключаются в том, что клуб должен представлять собой систему зал разной величины. В случае надобности эти залы, представляющие собой комплекс помещений зрелищного типа, могут быть соединены в огромный зрительный зал или использованы в отдельности, как ряд самостоятельных аудиторий - комнат для работы кружков"5.

Профсоюзы, заказывавшие архитекторам проекты клубов, не имели тогда (да и не могли иметь) развитой функциональной программы клуба. Детализацию функциональной программы они предоставляли архитектору. Но основные принципиальные требования они все же пытались сформулировать, как было показано выше.

К. Мельников. Клуб завода "Каучук" в Москве. 1927-1929. Фасад К. Мельников. Клуб завода "Каучук" в Москве. 1927-1929. Интерьер зрительного зала

К. Мельников. Клуб завода "Каучук" в Москве. 1927-1929. Общий вид К. Мельников. Клуб завода "Каучук" в Москве. 1927-1929. Общий вид

К. Мельников. Клуб имени Фрунзе в Москве. 1927-1929. Общий вид К. Мельников. Клуб имени Фрунзе в Москве. 1927-1929. Интерьер зрительного зала

К. Мельников. Клуб завода "Каучук" в Москве. 1927-1929. План первого этажа К. Мельников. Клуб имени Фрунзе в Москве. 1927-1929. Планы; разрез

Первые проекты рабочих клубов Мельников делал для Союза коммунальников. Поэтому представляют интерес выдержки из программы рабочих клубов, которую разработал Московский губернский отдел рабочих коммунального хозяйства:

"Клуб - не строгий храм какого-то божества. В нем надо добиться такой обстановки, чтобы рабочего в клуб не тащить, а он сам бы бежал в него мимо дома и пивной. Не следует строить клуб для политических занятий исключительно. Надо строить его одновременно и для развлечения, и для отдыха. Клуб должен, если сумеет, показать, как надо строить новый быт...

Так как большинство членов нашего союза по роду своей работы вынуждены работать в одиночку, необходимо в клубе создать такую обстановку, которая говорила бы о мощи коллектива и рабочего класса...

Индустриализация - база социализма. Поэтому некоторые элементы архитектурного творчества желательно соединить с индустриализацией...

Бережливость - одна из первых статей социалистического накопления. Здание клуба должно строиться на этом принципе, и качество строительства должно быть безукоризненно...

В клубе воспитываются, учатся быть общественниками, прививают организационные навыки, отдыхают, развлекаются и т. д. Все в клубе, начиная от внешнего фасада и внутреннего оборудования, должно выражать эту идею общественности - пролетарской, классовой"6.

Как ответ на этот социальный заказ и воспринималось "впервые выдвинутое архитектором К. С. Мельниковым (одновременно с представлением проектов клубов на Стромынв и на Лесной), - пишет Лухманов, - понятие об архитектуре рабочего клуба как об архитектуре специальной (заключающейся в системе зал)". "Принцип перенесения центра клубной жизни в специальные залы-аудитории из обычных клубных помещений" воспринимался тогда "дискуссионной новинкой, вокруг которой разгорались страсти"7.

К. Мельников. Клуб фарфоровой фабрики в Дулеве. 1927-1928. Фасад К. Мельников. Клуб фарфоровой фабрики в Дулеве. 1927-1928. Разрез

К. Мельников. Клуб фарфоровой фабрики в Дулеве. 1927-1928. Планы первого этаж К. Мельников. Клуб фарфоровой фабрики в Дулеве. 1927-1928. План второго этаж

К. Мельников. Клуб фарфоровой фабрики в Дулеве. 1927-1928. Интерьер (фрагмент фойе с винтовой лестницей) К. Мельников. Клуб фарфоровой фабрики в Дулеве. 1927-1928. Общий вид

К. Мельников. Проект клуба имени Зуева в Москве. 1927. Перспектива К. Мельников. Проект клуба имени Зуева в Москве. 1927. План

К. Мельников. Проект клуба имени Зуева в Москве. 1927. Разрез

Для всех клубов Мельникова характерно виртуозное решение интерьера, причем приемы объемно-пространственной композиции нигде не повторялись и в каждом клубе были совершенно оригинальными.

Не превышая заданной программой кубатуры здания, Мельников при помощи планировочных и объемно-пространственных композиционных средств и приемов создавал максимальные возможности разнообразного использования внутреннего объема здания. Он стремился свести до минимума объемы помещений, используемых в качестве внутренних коммуникаций, - лестниц, коридоров, переходов и т. д. Например, противопожарные нормы тех лет требовали для внутренних лестниц (эвакуация из зрительного зала) очень большой кубатуры. Мельников нашел остроумный выход - он выпускал людей сразу на улицу, на внешние галереи и лестницы, а здесь действовали уже другие нормы. Именно этим объясняется появление знаменитых наружных лестниц, которые стали характерной чертой мельниковских клубов (клубы им. Русакова, "Свобода", "Каучук").

Наибольший интерес в организации внутреннего пространства мельниковских клубов представляют предложения по трансформации и многоцелевому использованию их залов. Мельников, стремясь максимально использовать заданную программу кубатуры клуба для организации различных функциональных процессов, во всех своих проектах клубов главным элементом делает основной зал. Однако, предусматривая проведение массовых мероприятий с использованием всей кубатуры зала, Мельников отнюдь не считал, что зал, занимающий значительную часть кубатуры клуба, в остальное время должен пустовать. В целях более рационального использования залов для различных форм клубной работы Мельников разрабатывает ряд оригинальных приемов трансформации залов (с использованием, как тогда писали, "живых" стен).

Так, в клубе им. Русакова каждый из трех балконов (задние ряды которых размещаются на консольных выступах) мог отделяться от зала (рассчитанного максимально на 1500 человек), превращаясь в самостоятельную аудиторию на 180 человек. Вертикальная ширма между залом и балконом состояла из двух щитов, верхний из которых поднимался по полуциркульным направляющим к потолку, а нижний откидывался в сторону партера (на высоту барьера балкона).

В клубе "Свобода" входы в зал и выходы из него были расположены таким образом, что зал мог делиться на две равные по вместимости части (по 500 человек), для чего в центре обеих его боковых стен были устроены "карманы" для выдвижных перегородок. В проекте этого клуба было и еще одно, оставшееся неосуществленным, интересное предложение: под полом зрительного зала был запроектирован плавательный бассейн.

Плавательный бассейн был запроектирован Мельниковым и в фойе клуба "Буревестник" (тоже не был осуществлен). Зрительный зал в этом клубе, кроме партера, имеет также боковые трибуны, которые использовались при проведении в зале спортивных соревнований (зал имел верхний свет). В этих случаях стулья из партера убирались, а сам зал объединялся в единое помещение вместе с примыкавшим к нему спортивным залом (между ними была устроена раздвижная перегородка).

В клубе "Каучук" трансформацию полукруглого в плане трехъярусного зала предлагалось осуществлять делением его по вертикали, используя горизонтальный щит, который из партера должен был подниматься на высоту первого или второго балкона, отделяя верхнюю часть зала от нижней.

В небольшом клубе им. Фрунзе пол зала (рассчитанного на 370 мест) имеет три уровня. Он понижается уступами в сторону сцены, причем верхние ярусы не нависают над нижними. Проектом была предусмотрена возможность делить зал по длине подъемными стенами, отделявшими каждый уступ зала - партер, бельэтаж и балкон. Кроме того, в случае необходимости (например, при демонстрации кинофильмов) можно было увеличивать вместимость зала за счет расположенного под бельэтажем клубного помещения. Для этого вертикальная стенка (уступ между уровнем пола в партере и бельэтаже) должна была раздвигаться и дополнительная часть зрителей получала возможность смотреть фильм, находясь ниже уровня партера основного зала.

Оригинальные предложения по трансформации зрительного зала с целью его многоцелевого использования были предусмотрены в неосуществленном проекте для клуба им. Зуева и в проекте построенного клуба в Дулеве.

Использование трансформирующихся залов в проектах Мельникова конца 20-х годов во многом предвосхитило широкое внедрение этих профессиональных приемов в современной архитектуре.

Облик клубов Мельникова резко выделялся среди окружающей застройки. Таким качеством не обладало большинство новых зданий клубов. Не случайно, именно по отношению к внешнему облику клубов Мельникова использовались в те годы метафорические оценки как теми, кому эти клубы нравились, так и теми, кто их критиковал. Метафора с трудом придумывалась по отношению к облику других клубов, а оригинальный образ клубов Мельникова как бы провоцировал на его метафорическую оценку. Приведу ряд таких метафор, использовавшихся тогда в печати: "Рупор на Стромынке" (клуб им. Русакова), "Звезда химиков" (клуб в Дулеве), "Сигара Свободы" (клуб "Свобода"), "Клетка попугая" (клуб "Буревестник).

Мельников всегда считал, что архитектор должен не подчиняться инженерно-строительным возможностям, а своими проектами ставить перед инженерной сферой новые задачи. Но впервые реально он столкнулся с такой ситуацией при строительстве своего первого клуба - клуба им. Русакова. Выяснилось, например, что инженеры не имели опыта строительства зданий с "живыми" стенами, а также осуществления консольных помещений значительного выноса. Пришлось привлекать специалистов для разработки нового инженерного решения этих элементов. Рассказывая об этом в своей книге, Лухманов одновременно дает и оценку такого взаимоотношения архитектуры и инженерии, излагая, судя по всему, точку зрения Мельникова на эту проблему.

"Архитектор К. С. Мельников в своих проектах рабочих клубов применял "живые" стены не во имя голой архитектурной идеи. Им руководил прежде всего принцип точного предопределения функциональных черт помещения рабочего клуба. Этот принцип вылился в четкую органическую систему зал...

Когда архитектором К.С. Мельниковым были представлены губотделу коммунальников проекты клубов с раздвижными стенами, наши строительные организации наотрез отказались от устройства "живых" стен, мотивируя свой отказ технической невозможностью осуществить замысел архитектора. Был момент, когда архитектор в частном порядке искал инженера-механика, который осуществил бы его замысел, а губотдел даже предполагал пообещать премию в 3000 рублей тому, кто сделает своего рода изобретение - спроектирует систему движения стен в Стромынском клубе.

...В итоге - только весной 1929 г. молодым инженером-механиком Н.И. Губиным был в окончательном виде составлен проект осуществления "живых" стен...

Просматривая эти чертежи, ...каждый сможет учесть роль, которую сыграет новая архитектура в вопросах изменения строительных навыков и традиций.

В практике строительства Стромынского клуба мы можем найти и другие факты подобного влияния новой архитектуры. Возьмем верхние аудитории, частично расположенные в трех, висящих над фасадом, массивах... каждая из них представляет собой консольный зал (весом около 400 тонн), имеющий железобетонный остов с двойными шлакобетонными стенками... Инженер В. В. Розанов при проектировке железобетонного каркаса применил один из новейших методов расчета, дающий наиболее правильную картину распределения внутренних усилий в балках конструкции и позволяющий поэтому целесообразно распределить напряжения и правильно наметить безопасные размеры балок...

Таким образом, практика строительства Стромынского клуба с необыкновенной четкостью подчеркивает влияние архитектуры на инженерию. Естественно, что те новые пути, по которым идет инженерия в деле осуществления смелых архитектурных замыслов, - пути оригинальные, требующие эксперимента, а следовательно, - и частично удорожающие строительство.

Следует ли в этом отношении бояться превышения расходов по отдельным частям сооружения? Ни в коем случае. Без опыта, без эксперимента, безоговорочно требующих израсходования определенных сумм, нельзя прогрессировать...

Влияние новой архитектуры на инженерию очевидно; больше того- очевидно наступление архитектуры на инженерию, уступающую пальму первенства архитектуре в деле изобретательского нахождения новых пространственных форм и конструкций.

Успех этого наступления чрезвычайно важен в нашу эпоху..."8.

В том, что излагает Лухманов, явно ощущается позиция Мельникова, который считал, что архитектура должна давать заказ инженерии на разработку новых конструкций, материалов и т. д. Практически все проекты Мельникова содержат в себе новые задачи для инженеров. Изобретая как архитектор новые объемно-пространственные решения, Мельников требовал и от инженеров изобретательского подхода к поискам возможностей осуществления его проектов.

В конце 20-х- начале 30-х годов, когда один за другим вводились в строй клубы Мельникова, они были в центре внимания архитектурной общественности Москвы. Это было действительно крупномасштабное явление в современной архитектуре. Рождалось не только в проектах, но и в натуре новое понимание возможностей формообразования в архитектуре. И это, естественно, вызывало разное отношение: одни встречали мельниковские клубы с восторгом, другие столь же категорично отвергали их. Равнодушных не было, что свидетельствует о значительности этих произведений Мельникова.

К началу страницы
Содержание    5.3. Разработка программы и типовых проектов...  5.5. Поиски художественного образа клуба