Главная
Новости сайта
Анатомия профессии
Основные даты
Жилые дома
Общественные здания
Градостроительство
Архитектурные конкурсы
Недостоверные объекты
Карта Киева
Архив
Библиотека об Алешине
* Публикации
* Тематические блоги
* Журналы, газеты
* Видеоматериалы
Глоссарий
Книжная полка
Ссылки
Автора!
Гостевая книга
 
Поиск







Copyright © 2000—
Вадим Алешин
Публикации
Селим Хан-Магомедов
Архитектура советского авангарда

Книга вторая
Социальные проблемы

 

Глава 3. Проблемы перестройки быта (разработка новых типов жилища)

16. Цилиндрические дома К. Мельникова

В одном из тихих переулков центра Москвы за забором в глубине озелененного участка, зажатого между торцами соседних домов, стоит одноквартирный дом, обращенный в сторону улицы большим окном-экраном на втором этаже и дверью и двумя окнами на первом. Некоторые прохожие задерживают шаг, заметив над окном второго этажа рельефную надпись "Константин Мельников архитектор". Если человек начинает внимательно рассматривать дом, то он с удивлением обнаруживает, что выходящий в сторону улицы фасад оказывается срезанной частью вертикального, почти глухого цилиндра, за которым, вплотную к нему, просматривается еще один цилиндр, орнаментально прорезанный необычными по форме шестиугольными окнами.

Этот дом был построен К. Мельниковым в 1927-1929 гг. для себя и своей семьи.

Собственные дома архитекторов - особый жанр в архитектуре. Это, пожалуй, единственный случай в творческой практике любого архитектора, когда он, выступая одновременно как проектировщик, заказчик и потребитель, может позволить себе максимальную свободу формотворчества. У каждого архитектора всегда есть заветные композиционные идеи, которые в данный момент, работая над очередным проектом, он не может реализовать, - другие задачи ставятся конкретным функциональным назначением здания. Нередко архитектор годами и десятилетиями вынашивает свою идею, делает эскизы, создает экспериментально проекты и ждет случая осуществить идею в натуре. Часто идея так и остается на бумаге - в реальной проектной практике не оказалось такого объекта, где можно было бы в натуре ее проверить. И чем более оригинальна идея, тем, естественно, меньше шансов проверить ее в текущей проектной практике, где многое накладывает свои ограничения. А архитектору крайне необходимо убедиться, как его замысел будет восприниматься в натуре. Понять это на чертеже (даже в перспективном изображении) или макете часто нельзя. Этим архитектура отличается от других видов художественного творчества. Одна и та же композиция в уменьшенном и в реальном размере воспринимается различно. Масштаб существенно меняет характер восприятия. Особенно трудно заранее предусмотреть эффект восприятия интерьера новой пространственной конфигурации.

В такой ситуации, когда новая творческая идея не дает покоя архитектору, он нередко ставит эксперимент на себе, т.е. осуществляет ее в собственном доме. Достаточно проанализировать собственные дома крупнейших архитекторов XX в. (Нимейера, Райта, Джонсона и др.), чтобы убедиться в этом. Дом Мельникова и является таким творческим экспериментом архитектора, выполненным с исключительным профессиональным блеском.

Мельникову очень хотелось проверить в натуре, как будет восприниматься во внешнем облике и в интерьере объемно-пространственная композиция, состоящая из ряда врезанных друг в друга вертикальных цилиндров. В 1927 г. он создает "орган из пяти цилиндров" в проекте клуба им. Зуева, а затем, когда строительство этого клуба стало осуществляться по проекту другого архитектора, он решает хотя бы частично воплотить ряд вертикальных цилиндров в собственном жилом доме. "Архитектура растерзанной идеи, - вспоминал он позднее, - вернулась ко мне в... дуэте нашего дома".

К. Мельников. Собственный дом-мастерская. 1927-1929. Общий вид и фрагмент доме со стороны улицы К. Мельников. Собственный дом-мастерская. 1927-1929. Вид дома из глубины участка

К. Мельников. Собственный дом-мастерская. 1927-1929. Дом в процессе строительства (справа К. Мельников с женой А. Мельниковой) К. Мельников. Собственный дом-мастерская. 1927-1929. Аксонометрия

К. Мельников. Собственный дом-мастерская. 1927-1929. Фасад и разрез К. Мельников. Собственный дом-мастерская. 1927-1929. Планы этажей

К. Мельников. Собственный дом-мастерская. 1927-1929. Фрагмент доме со стороны улицы

Дом Мельникова - это не просто одноквартирный жилой особняк, а дом-мастерская. До революции и в первые годы советской власти, когда еще только создавалась система государственных архитектурно-проектных организаций, многие архитекторы работали в режиме так называемой свободной профессии. Они получали заказы и выполняли их в своих личных мастерских. Многочисленные конкурсы также ориентировались тогда на архитекторов, выступавших как свободные художники. С архитектором, выигравшим конкурс, заказчик заключал договор, и проект выполнялся в личной мастерской архитектора, которая у многих была частью их жилой квартиры. Таким образом жилище было для архитектора и местом его профессиональной деятельности, проектной мастерской.

Каждый архитектор по-своему организовывал работу в своей личной мастерской. Одни любили работать с соавторами, другие привлекали помощников (чаще всего это были студенты), третьи предпочитали творческое уединение. В этом проявлялась специфика таланта.

Мельников строил собственный дом-мастерскую в 1927-1929 гг., когда имел большое количество реальных заказов и мог выделить из семейного бюджета средства на строительство. Но мечтать о собственном доме-мастерской он начал задолго до этого.

В архиве мастера сохранились различные варианты проектов собственного дома-мастерской. Первые эскизы относятся к самым первым послереволюционным годам.

Мельников был так привязан к своей семье - жене и детям, что не представлял для себя иной, кроме домашней, атмосферы для творчества. Семейная атмосфера не только не мешала, а наоборот, оказывала благоприятное воздействие на его творчество. Именно этим объясняется упорное стремление Мельникова спроектировать и построить собственный дом-мастерскую.

С самых первых эскизов Мельников проектировал свой дом, начиная компоновать интерьер. Эскизы (в том числе и самые ранние) - это прежде всего планы, аксонометрические планы, перспективы и детали интерьера. В поисках нового пространства жилого интерьера Мельников проявил огромную фантазию. И это не были просто формальные поиски оригинального пространственного решения жилого интерьера. В процессе эскизирования он непрерывно мысленно примеривал получающееся в проекте пространство на себя, на свою семью.

Первый вариант собственного дома - это двухэтажная квадратная в плане постройка, в центре первого этажа которой расположена большая косо поставленная русская печь. Верхний этаж меньше по площади, часть его наружных стен опирается на диагональные внутренние стены первого этажа. Проектировался интерьер, а внешний объем получался как бы сам собой, и на всех эскизах заметно, что Мельников придавал внешнему облику меньше значения, чем интерьеру. Но уже заметно и то, что внешний облик дома в результате сдвига верхнего этажа по диагонали получался совершенно необычным - создавалась сложная композиция из простых геометрических форм.

Затем, уже к 1922 г., сохраняя печь в центре дома, Мельников начинает экспериментировать с круглым планом (и даже с овальным или типа куриного яйца), продолжая отрабатывать интерьер (но уже не в аксонометрическом плане, а в перспективе). И опять внешнему облику не уделяется большого внимания.

Пробовал Мельников и другие варианты пространственной организации интерьера.

Проект построенного собственного дома Мельникова был подготовлен, судя по всему, круглым вариантом ранних эскизов, но сочетание в нем двух врезанных друг в друга цилиндров, возможно, идет от неосуществленного проекта клуба им. Зуева.

Первый (из сохранившихся) вариант проекта датирован 19 июня 1927 г. Это проект, утвержденный к строительству. Общая объемно-пространственная композиция дома-мастерской здесь уже определена окончательно, но внутренняя планировка существенно уточнялась уже в процессе строительства. Особенно это относится к системе отопления и к планировке первого этажа. В первом варианте проекта в центре дома еще сохранялась печь, как и на предварительных вариантах проекта. Затем печное отопление было заменено калориферным.

Анализируя как процесс проектирования Мельниковым собственного дома, так и выстроенный дом, видишь, что для Константина Степановича даже в объекте, который создавался для своей семьи, функциональные процессы сами по себе не определяли объемно-пространственную композицию, а органически включались в Архитектуру с большой буквы, как он любил говорить. Сам Мельников считал, что в жилище главное не утилитарная функция и не привязка дома к природному окружению, а именно Архитектура. В одной из своих записей он полемизирует по этим вопросам с Райтом и пишет, что природа меняется по сезонам, меняется и семья, а Архитектура дома остается - она и главная. В другой записи, развивая эти мысли, он пишет: "Жизнь людей в доме так же, как и жизнь самого дома, должна жить одной жизнью - жизнью архитектуры".

К. Мельников. Собственный дом-мастерская. 1927-1929. Интерьер мастерской (К. Мельников за работой и в шезлонге) К. Мельников. Собственный дом-мастерская. 1927-1929. Интерьер гостиной (К. Мельников в кресле и за столом)

К. Мельников. Собственный дом-мастерская. 1927-1929. Интерьер гостиной

К. Мельников. Собственный дом-мастерская. 1927-1929. Интерьер спальни К. Мельников. Собственный дом-мастерская. 1927-1929. Интерьер мастерской (К. Мельников за работой и в шезлонге)

В своих воспоминаниях Мельников неоднократно возвращается к собственному дому: "Экспериментам не под силу решать на бумаге - проектом величие архитектуры, и я решил хотя бы однажды в своей жизни быть и архи- тектором и архи- миллионером одновременно".

"Что же мешает Гению посетить нас строить собственную архитектуру?", - спрашивает Мельников. И отвечает на этот вопрос, перечисляя те проблемы, которые возникали в связи с проектированием и строительством собственного дома:

"1) отсутствие у нас средств заменялось обилием архитектурной фантазии;

2) независимое чувство уничтожило какую-либо зависимость от осторожности;

3) интимность темы открыла грандиозные перспективы нерешенных проблем жизни;

4) действительно реальная экономика заставила 9-метровому пролету оказаться таким же опасным и не менее новым, каким была в свое время громада Флорентийского собора.

Лично строить и только по-своему строить, да еще с огромным риском для благополучия своей личной семьи - этим верным стимулом настолько обостряется эмоциональный процесс, что легко приходишь к изумительным и неожиданным открытиям там, где обыденная наша привычка живет как крот".

Мельников действительно спроектировал и построил свой дом так, как хотел. В небольшом здании он сумел в натуре проверить целый ряд сложных художественно-композиционных и конструктивных приемов, превратив свою квартиру в своеобразную экспериментальную площадку.

В этом доме удивительно все - и планировка, и пространство, и конструкции.

Стены дома кирпичные, перекрытия деревянные. Казалось бы, что можно придумать нового в сочетании этих традиционных материалов? Однако и конструкция кирпичных стен, и конструкция перекрытий не только оригинальны, но и выполнены на уровне технических изобретений.

Дом-мастерская Мельникова строился в тот период, когда в стране в условиях ускоренной индустриализации (первая пятилетка) разворачивалось массовое жилищное строительство. Страна вынуждена была на всем экономить - металл и цемент направлялись прежде всего на промышленное строительство. Не хватало и кирпича. В то же время требовалось большое количество нового жилья. В этих условиях в массовом жилищном строительстве, как уже отмечалось выше, встала проблема внедрения экономичных материалов и конструкций. В проекте дома Мельникова отразились и общие поиски решения этих проблем, но он вел эти поиски на путях, не освоенных другими архитекторами. Свой дом Мельников построил не только из самых дешевых традиционных материалов (кирпича и дерева), но и при максимальной экономии этих материалов.

На фундаменте в виде двух пересекающихся колец стены выкладывали особой узорчатой кладкой, создававшей ажурный кирпичный каркас. Сетка каркаса стандартна от фундамента до крыши. Она не меняется на всем протяжении - элементы каркаса с шестиугольными просветами повторяются, равномерно распределяя напряжения по всей стене и исключая потребность в несущих столбах и перемычках. Размеры сетки каркаса, просветов и простенков предопределены размером кирпича. Причем использовался только целый кирпич (без его битья на трехчетверки и половинки). Это достигалось путем сдвигов кладки через каждые два ряда то в одну, то в другую сторону. В результате такой конструкции в наружных стенах обоих цилиндров дома образовалось около 200 шестиугольных просветов, которые можно было заложить или оставить в виде окон. Большая часть просветов была заложена, но более 60 оставлены в виде окон, а некоторые использованы как ниши. Проемы закладывались с использованием битого кирпича и строительного мусора, что позволило сэкономить значительное количество кирпича. Кроме того, ячеистый каркас стен создает возможность в процессе эксплуатации дома, не нарушая конструкции стен, менять в случае необходимости расположение оконных проемов - устраивая новые окна в любом месте стены и закладывая существующие. Окна при желании могут "двигаться" по стене. Снаружи и внутри стены оштукатурены.

Столь же оригинальна конструкция деревянных перекрытий. В них нет балок, стропил, наката; использован только тес, все элементы которого работают конструктивно. Поставленные на ребро доски пересекаются под прямым углом, образуя сетку из квадратных ячеек. Сверху и снизу эта сетка зашита шпунтовым настилом (под прямым углом друг к другу). В результате перекрытие конструктивно работает как единая решетчатая плита - мембрана. В нем нет неработающих элементов.

А теперь рассмотрим пространственно-планировочную структуру дома. В доме все было приспособлено для жизни конкретной семьи - архитектора с женой и двумя детьми школьного возраста. Повседневная жизнь семьи протекала в первом этаже, где расположены передняя (6,3 м2), коридор (11,7 м2), столовая (17 м2), кухня (7 м2), ванная, уборная, детские рабочие комнаты для ученических занятий (4,5 м2 каждая), общая туалетная комната (11 м2), в которой во встроенных шкафах хранилась личная одежда всех членов семьи (здесь переодевались, когда выходили из дома, здесь же переодевались и перед сном - в спальню шли в спальной одежде и в халатах, в спальне не было никаких емкостей для одежды - только крючки для халатов), рабочая комната хозяйки (5,4 м2).

К. Мельников. Проект дома-коммуны из системы цилиндрических корпусов. 1929. Генплан варианты размещения домов-коммун в комплексах К. Мельников. Проект дома-коммуны из системы цилиндрических корпусов. 1929. Планы, разрез

К. Мельников. Проект блокированного дома из цилиндрических секций. 1929. Вариант с двухкомнатными квартирами (перспектива) К. Мельников. Проект блокированного дома из цилиндрических секций. 1929. Вариант с однокомнатными квартирами (разрез типового этажа)

К. Мельников. Проект блокированного дома из цилиндрических секций. 1929. Вариант с двухкомнатными квартирами (план типового этажа) К. Мельников. Проект блокированного дома из цилиндрических секций. 1929. Вариант с однокомнатными квартирами (план типового этажа)

Первый этаж, в отличие от второго и третьего, имеет более дробную планировку, так как он наиболее функционально насыщен повседневной жизнью семьи. В "восьмерку" плана здесь включены одиннадцать помещений (включая лестничную площадку). Криволинейность наружных стен почти не воспринимается за счет обилия перегородок, образующих прямые углы.

Над первым этажом находятся три помещение (гостиная, спальня и мастерская), каждое из которых занимает одну из половин "восьмерки" и ограничено криволинейными стенами. В выходящем в сторону переулка цилиндре над первым этажом имеется один этаж, в другом цилиндре - два этажа. Высота помещений первого этажа и спальни (второй этаж) почти одинакова - 2,65-2,7 м, высота гостиной (второй этаж) и мастерской (третий этаж) более 4,7 м.

Спальня (43 м2) предназначена только для сна, роли которого в жизни человека Мельников придавал особое значение.

Спальня в собственном доме Мельникова была как бы экспериментальной лабораторией, где он на себе и своей семье проверял возможности создания средствами архитектуры максимально благоприятных условий для сна.

Спальня была общая для всех членов семьи. Она освещается двенадцатью шестиугольными окнами. В ней нет никаких шкафов и никакой иной мебели, кроме встроенных в пол трех кроватей - двухспальной для родителей и односпальных для сына и дочери. Кровать родителей зрительно изолирована от кроватей детей двумя радиально расположенными перегородками-ширмами (не соприкасающимися между собой и не доходящими до наружных стен).

Самые крупные по площади помещения дома (50м2 каждое) - гостиная и мастерская. Они одинаковы как по площади, так и по пространственной конфигурации, но одно из этих помещений (гостиная) имеет огромное окно-экран, а другое (мастерская) освещается 38 шестиугольными окнами, образующими сложный орнаментальный рисунок. В натуре облик этих помещений резко различен, они не воспринимаются как одинаковые по размеру. Мельников очень любил приводить в пример различие впечатлений от этих одинаковых помещений. Он говорил, что различие в облике гостиной и мастерской убедительно свидетельствует, что для архитектора важна не столько абсолютная, сколько относительная величина, так как много зависит от архитектурного решения. Так, например, в гостиной, кроме основного большого окна, есть еще одно малое восьмиугольное окно. Оно сообщает масштаб помещению.

Гостиная - это парадная комната дома. Здесь принимали гостей (но обедали в столовой первого этажа), музицировали, беседовали. Обстановка гостиной подчеркивала ее назначение - пианино, диван, кресло, круглый стол.

Мастерская - это место работы Мельникова. У него не было постоянных помощников, а значит и закрепленных за кем-то, кроме него, рабочих мест в помещении мастерской. Рабочий стол там был, как правило, один, иногда два. Эскизы Мельников всегда делал сам и даже окончательное графическое выполнение проекта предпочитал делать сам, лишь изредка привлекая помощников. Как художник, он ценил возможность с антресольного внутреннего балкона мастерской рассматривать разложенные по полу эскизы, проекты, живописные работы.

С этого антресольного балкона устроен выход на террасу, огражденную глухим парапетом (с разрывом над окном-экраном гостиной).

На основе проекта собственного дома К. Мельников разработал "проект применения принципа цилиндрического дома в блочной системе". Это блокированный дом из врезанных друг в друга на четверть радиуса цилиндрических трех-, четырехэтажных секций, с винтовыми лестницами и малометражными квартирами на каждом этаже. Были разработаны два варианта - с двухкомнатными квартирами (кухня, ванная, уборная) и с однокомнатными квартирами (кухня-ниша в передней, уборная). Причем во втором варианте уровень пола в квартирах примыкающих друг к другу секций сделан с перебивкой на пол-этажа. Наряду с блокированным домом на базе цилиндрических секций Мельников запроектировал оригинальный по композиции дом-коммуну, состоящий из четырех цилиндров. Центральный цилиндр на всех этажах включает в себя обширный холл-столовую; в трех врезанных в него цилиндрах - жилые ячейки на одного и двух человек, санитарный узел, общая комната отдыха и т. п.

К началу страницы
Содержание    3.15. Л. Лисицкий о социальных проблемах перестройки быта...  3.17. Проблемы крупносборного и мобильного жилища