Главная
Новости сайта
Анатомия профессии
Основные даты
Жилые дома
Общественные здания
Градостроительство
Архитектурные конкурсы
Недостоверные объекты
Карта Киева
Архив
Библиотека об Алешине
* Публикации
* Тематические блоги
* Журналы, газеты
* Видеоматериалы
Глоссарий
Книжная полка
Ссылки
Автора!
Гостевая книга
 
Поиск







Copyright © 2000—
Вадим Алешин
Публикации
Селим Хан-Магомедов
Архитектура советского авангарда

Книга вторая
Социальные проблемы

1. Шестаков С. С. Большая Москва. - M., 1925. - С. 3-6. Вернуться в текст
2. Диканский М. Г. Проблемы современных городов. - М., 1926. - С. 81. Вернуться в текст
3. Там же. - С. 82. Вернуться в текст
4. Там же. - С. 83, 85. Вернуться в текст
5. Техника, строительство и промышленность. - 1922.- № 1. - С. 17. Вернуться в текст
6. Там же. - С. 20. Вернуться в текст


Глава 2. Социалистическое расселение. Градостроительные концепции. Строительство новых городов

6. Предложения по развитию Большой Москвы и московской агломерации ("крест" С. Шестакова, "диаграмма" М. Диканского, "инфлюэнтограмма" Б. Сакулина). Схема расселения по плану ГОЭЛРО

Одной из слабых сторон концепции города-сада было отсутствие в ее системе расселения таких характерных для современного процесса урбанизации градостроительных образований, как агломерации. Попытки как-то связать в единую систему крупный город с окружающими его пригородными поселками-садами (первые проекты урегулирования и реконструкции Москвы, Петрограда, Ярославля и др.), как правило, не выходили за рамки групповой системы городов-садов или же были связаны со стремлением создать "переходное" градостроительное образование, где пригородные поселки "рассасывают" большой город, превращая его в центральный город-сад, а сами в ходе его разукрупнения превращаются в рядовые города-сады, образуя вместе с ним в дальнейшем все ту же предусмотренную теорией Говарда группу городов-садов.

Разумеется, схема группового города-сада претерпевала существенные изменения при попытке приспособить ее к конкретным условиям того или иного района расселения. При этом в ряде случаев, когда характер взаимоотношения центрального города и окружающих его поселений, условия труда и быта населения, природные и другие факторы позволяли создавать систему расселения, близкую схеме группового города-сада, концепция города-сада оказывала определенное влияние на реальные проекты, выходившие за рамки планировки одного города и включавшие в свою орбиту ряд взаимосвязанных поселений (к таким проектам, прежде всего, нужно отнести проект расселения нефтяного района Баку).

Наглядными примерами попыток преодолеть несовершенства концепции города-сада или даже просто отказаться от нее являются предложения по развитию Большой Москвы и московской агломерации.

С. Шестаков начал разрабатывать свой проект "Большой Москвы" в 1921 г., причем в отличие от создававшегося коллективом архитекторов во главе с И. Жолтовским и А. Щусевым проекта "Новая Москва" (1918-1924), который включал существующую территорию города, он существенно расширил площадь Москвы за счет ее пригородной зоны.

В выпущенной в 1925 г. брошюре "Большая Москва" С. Шестаков так обосновал свое предложение:

"Москва стала вновь государственным центром...

При таком условии есть полное основание полагать, что Москва в будущем превратится в один из величайших городов мира...

Надо заранее предусмотреть естественное развитие города и потребное расширение его территории.

...Население Москвы достигнет 4 000 000 жителей через 20 лет, т.е. в 1945 году.

"Большая Москва" будет строиться не вновь, а расширяться из существующего города, имеющего массу недочетов и совершенно неблагоустроенные пригороды... Москва во многих своих частях в значительной степени разрушена и вот это разрушение и надо использовать в целях широкого упорядочения старого города: регулирования существующих и приложения новых проездов, выправления строительных кварталов, уничтожения неправильно и нецелесообразно застроенных мест, создания значительных насаждений в густонаселенных районах и, наконец, общего разрежения заселения города...

Для создания благоприятных условий жилищного строительства представляется правильным принять для "Большой Москвы" плотность заселения в строительных кварталах по примеру крупнейших американских городов в 60-70 жителей на гектар (Нью-Йорк - 62 ж., Филадельфия - 56 ж., Чикаго - 48 ж., Лондон - 163 ж., Ленинград - 165 ж., старая Москва - 192 ж.)"1.

В разработанном С. Шестаковым проекте "Большой Москвы" (1921-1925) предлагалось включить в территорию города весь пригородный район, который по первому эскизному проекту Архитектурной мастерской Моссовета (1918- 1919) отводился для создания "рассасывающих" Москву городов-садов. Увеличивая в перспективе площадь города почти в 10 раз (до 200 тыс. га) и четко зонируя его территорию, Шестаков стремился создать некий новый тип поселения, где процессы протекают в пределах единого градостроительного образования типа огромного города-сада, включающего и старый город, и "рассасывающие" его пригороды-сады. Вокруг исторического ядра Москвы (в пределах Окружной железной дороги) создавались три пояса. Первый пояс делился на четыре сектора: два из них отводились для размещения промышленных предприятий, а остальная площадь превращалась в парковую зону. Второй делился на восемь секторов: четыре города-сада, между которыми предлагалось разместить четыре парка (своеобразные резервуары чистого воздуха для центрального района). Третий пояс представлял собой сплошной лесной массив шириной около 4 км. За этой лесной полосой была запроектирована вторая Окружная дорога для пропуска транзитных поездов.

В дополнение к своему проекту "Большой Москвы" С. Шестаков разрабатывает к 1924 г. схему размещения городов-спутников Москвы. Вокруг Москвы Шестаков предложил создать два кольца городов-спутников, развивая с этой целью существующие города и поселки, расположенные на основных железнодорожных и шоссейных магистралях. Первое кольцо насчитывало 12 городов-спутников, расположенных от Москвы на расстоянии 40-80 км (Подольск, Дмитров, Бронницы, Богородск, Звенигород, Апрелевка, Домодедово, Гжель и др.), второе кольцо состояло из 14 городов-спутников, расстояние которых от Москвы равнялось 90-120 км (Клин, Серпухов, Руза, Волоколамск, Можайск, Коломна, Александров, Кашира, Верея и др.).

В опубликованной в 1926 г. книге "Проблемы современных городов" М. Диканский попытался связать размеры города с продолжительностью поездки по нему не более 30 минут.

"В те 30 минут, которые мы считаем нормальной продолжительностью поездки,- писал он, - мы можем сделать в среднем пешком 2 километра, в трамвае - 6 км, на городской железной дороге или метро - 12 км, а вне городской черты - до 19 км"2. Основываясь на этих подсчетах, Диканский разработал общую схему-диаграмму для крупного города, разделив его на три (кроме общественно-торгового центра) концентрические зоны. "В зависимости от устройства тех или иных путей сообщения можно, не выходя из пределов поездки в тридцать минут, обслуживать территории с населением в полтора миллиона человек при трамваях, три с половиною миллиона - при метро и семь миллионов - при быстром сообщении скоростью в 40 верст в час или около 20 верст (километров) в полчаса"3.

С. Шестаков. Генеральный план "Большой Москвы". 1921-1925 С. Шестаков. Схема размещения городов-спутников Москвы. 1921-1924

М. Диканский. Диаграмма, показывающая радиусы обслуживания города и его окрестностей различными видами транспорта. 1926. Общая схема М. Диканский. Диаграмма, показывающая радиусы обслуживания города и его окрестностей различными видами транспорта. 1926. Схема плана Москвы

Б. Сакулин Б. Сакулин. "Инфлюэнтограмма" московской аглоомерации (схема организации территории г. Москвы и прилегающего к ней района). 1918- 1922 (1 - города, подлежащие обследованию; 2 - существующие железные дороги; 3 - проектируемые железные дороги; 4 - проектируемые автомобильные магистрали; 5 - площадь района экономического влияния Москвы)

Схема расселения центрального региона СССР. 1922 (1 - существующие железные дороги; 2 - проектируемые железные дороги; 3 - проектируемые автомобильные магистрали; 4 - примерные границы области; 5 - столица; 6 - большой город; 7 - малый город; 8 - город-сад; 9 - поселение городского типа; 10 - проектируемые города и поселения городского типа)

Первый пояс имеет радиус 6, второй - 12, третий - 20 км, а общий диаметр города - 40 км.

Диканский положил эту диаграмму на план Москвы и так прокомментировал получившуюся схему: "Маленький кружок в центре обозначает сити, т.е. торговый, нежилой центр. Радиус в шесть километров охватывает приблизительно нынешние границы Москвы. Общее количество населения, которое может быть обслужено различного рода путями сообщения, соблюдая продолжительность поездки в 30 минут, составляет двенадцать миллионов человек...

Какими обширными пространствами может располагать Москва при наличности соответствующего сообщения... Радиус в 20 км, открывающий нам обширные площади на семь миллионов человек... Само собою разумеется, что в этих отдаленных районах, где есть еще много свободных земель, можно будет избежать обычных монотонных и банальных планировок наших предместий. Там будет возможность производить заселение по типу новейших городов-садов и стремиться к реализации художественных задач"4. Размеры территории будущей Москвы по диаграмме Диканского немного уступают площади "Большой Москвы" по проекту Шестакова, однако численность населения города у Диканского в три раза больше, чем у Шестакова, хотя оба они вроде бы исходили из концепции города-сада.

Большой интерес представляет созданная в первые годы советской власти проектная схема районной планировки, разработанная Б. Сакулиным и опубликованная им в 1922 г. в самый разгар первой градостроительной дискуссии под полемическим названием "Инфлюэнтограмма Москвы - города - центра экономического района, не по Говарду, иллюстрация к понятию "город будущего".

Сакулин разрабатывал свою "инфлюэнтограмму" начиная с 1918 г., неоднократно выступая с сообщениями о своей работе и принимая участие в обсуждении проектов "Новая Москва" и "Большая Москва", в которых нашел отражение ряд его идей и предложений (было, разумеется, и обратное влияние), хотя исходные градостроительные принципы авторов этих проектов существенно отличались от концепции Сакулина. Он видел будущее Москвы не в "рассасывании" ее пригородами-садами и не во включении ее в систему группового города-сада, а в развитии промышленной агломерации с комплексной организацией территории большого района.

Разрабатывая проектную схему перепланировки и развития Москвы как центра экономического района и рассматривая ее как конкретную иллюстрацию к понятию "город будущего", Б. Сакулин писал, что "установленные заранее изысканием пределы устраняют беспредельные искания в будущем". Противопоставляя свое понимание города будущего говардовскому городу-саду, Б. Сакулин предлагал вместо искусственного ограничения расширения крупных городов выявить экономические закономерности их развития. В своей схеме будущей Москвы он разработал систему расселения экономического района, тяготеющего к крупному городу, где все населенные пункты связаны между собой сетью транспортных магистралей (железнодорожных, шоссейных, водных).

Включая в систему расселения экономического района небольшие города, тяготеющие к основному промышленному и культурному центру, Сакулин видел в этих городах-спутниках не средство разукрупнения большого города и превращения всей системы в группу городов-садов, а органическую часть агломерации, развивающуюся вместе с основным городом и помогающую регулировать развитие и рост крупного города. "По идее Говарда, - писал Сакулин, - город-сад - это враг существующему большому городу; он как отшельник бежит от него, и культура такого города должна быть весьма невысока... Предлагаемая мной схема экономическо-технической организации территории устанавливает несколько иные принципы... Город с 58 тысячами человек (по Говарду - С. Х.) по масштабу настоящего времени не может претендовать на значение Центра. Это город кустарной промышленности, все его население - это население одного крупного завода текстильной промышленности. Город-сад - это русский пригородный посад, если бы последний имел все нужные культурные и санитарно-технические устройства"5.

В развитии агломерации Сакулин видел возможность рационального размещения промышленности в пределах экономического района, рассматривая малые города не как города-спальни, а как города-спутники, развивающиеся на базе промышленности, входящей в общую производственно-экономическую систему агломерации, и связанные разветвленной транспортной сетью с основным городом и другими поселениями экономического района.

По переписи 1920 г. в пределах Московской губернии проживали 2618 тыс. чел., из них в сельских поселениях 1270 тыс. чел. (48,6 %), а в поселениях городского типа 1348 тыс. чел. (51,4%), в том числе: в Москве - 1028 тыс. чел., в 17 уездных городах - 166 тыс. чел., в 86 поселках городского типа - 153 тыс. чел.

"Рациональный прием планировки расширения большого города, - писал Б. Сакулин, - заключается в развитии и дополнении сети основных магистралей, связывающих центральный город с красочными местами по окружной ж.д., согласованной с местными топографическими условиями с развиваемой дорожной сетью из районов, прилегающих к окружной ж.д., переустройстве путепроводов при окружной ж.д., надлежащий выбор мест для дополнительных пассажирских станций окружной ж.д., выгодно образующих новые центры для районов пригородной жилищной застройки; вынесение существующих при окружной ж.д. и в городе сортировочных станций по второму кольцу окружной ж.д., как это усматривается из инфлуэнтограммы г.Москвы и превращение 1-го кольца окружной ж.д. в круговую электрифицированную городскую ж.д. исключительно пассажирского назначения"6.

По схеме Б. Сакулина Москву предлагалось благоустроить и озеленить, ее уличная сеть реконструировалась, в городе создавалась удобная транспортная сеть, включающая линии метрополитена (первая должна была соединить все вокзалы). Промышленность выводилась из центральных районов города, концентрируясь в ближайших к городу поселках-спутниках (по переписи 1920 г. в районе Щелково - 4,6 тыс. чел., Люберцы - 2,6 тыс. чел., Павшино- 1,6 тыс. чел.), соединенных новой окружной железной дорогой, являющейся одновременно границей территории города. За второй окружной дорогой создавался зеленый пояс (включающий парки, лесные массивы, сельскохозяйственные угодья). Еще дальше были расположены соединенные между собой кольцевым электрифицированным шоссе девять городов-спутников, входящих в зону непосредственного экономического влияния Москвы (Звенигород - 2,2; Нара - 8,8; Подольск - 12,2; Богородск - 15,7; Бронницы - 3,1; Сергиево - 13,4; Воскресенск - 2,2 тыс. чел. и др.). За ним размещалось второе кольцо из 13 городов-спутников, соединенных окружной железной дорогой, в основном расположенных в пределах Московской губернии, но лишь частично включенных в район непосредственного экономического влияния Москвы (Коломна- 20,1 тыс. чел., Серпухов - 28,2; Дмитров - 4,6; Клин- 3,7; Можайск - 3; Орехово-Зуево - 31,7; Волоколамск - 2,1 и др.). Вся система завершалась внешним кольцом из 13 городов, расположенных в соседних с Московской губерниях, но тяготеющих к Московскому экономическому району и соединенных между собой кольцевой транспортной сетью, включающей железнодорожные и водные пути (Ржев, Калуга, Тула, Владимир, Рязань, Тверь, Рыбинск, Ярославль, Иваново-Вознесенск и др.).

Схема Б. Сакулина представляла собой план развития крупного промышленного района страны, включавшего территорию нескольких губерний. Это была попытка поставить проблему развития Москвы, как важнейшего центра страны, на реальные экономические рельсы.

Проекты Б. Сакулина и С. Шестакова были одними из первых в мировом градостроительстве идей-предложений развития крупного промышленного города с комплексным решением прилегающих к нему зеленых территорий и включением в его орбиту окружающих небольших городов. В этих схемах развития агломерации видно стремление выйти за рамки одного города и вести градостроительное планирование в масштабе крупного экономического района, тяготеющего к Москве.

Большое влияние на градостроительные поиски, и особенно на появление предложений по районной планировке, оказал план ГОЭЛРО. Это был не просто план строительства отдельных предприятий, а научно разработанный план создания единой системы экономики страны. Предусмотренное планом ГОЭЛРО строительство на территории страны электростанций предопределяло размещение и развитие промышленных предприятий, поселений, транспортных магистралей и т. д. То, что за основу первого государственного плана страны была принята система электрификации, заложило фундамент развития экономики страны как единой взаимосвязанной системы. Энергетика не связана непосредственно с определенной областью промышленности, но создает основу для развития всей промышленности, влияет на ее размещение, т.е. является тем экономическим рычагом, который дает возможность целенаправленно планировать развитие производительных сил крупного региона.

Являясь необходимой и одной из важнейших составных частей инфраструктуры народного хозяйства, энергетическая система создает базу для рационального размещения промышленности и поселений, способствует развитию транспортной сети. План электрификации с самого начала и рассматривался в связи с общей системой расселения, в связи с задачами более равномерного размещения промышленности по территории страны, в связи с задачами втягивания в общее экономическое и культурное развитие отдаленных, малоосвоенных и лишенных необходимых коммуникаций районов.

"Посмотрите на карту РСФСР, - писал В. Ленин. - К северу от Вологды, к юго-востоку от Ростова-на-Дону и от Саратова, к югу от Оренбурга и от Омска, к северу от Томска идут необъятнейшие пространства, на которых уместились бы десятки громадных культурных государств. И на всех этих пространствах царит патриархальщина, полудикость и самая настоящая дикость. А в крестьянских захолустьях всей остальной России? Везде, где десятки верст проселка- вернее: десятки верст бездорожья - отделяют деревню от железных дорог, то есть от материальной связи с культурой, с капитализмом, с крупной промышленностью, с большим городом. Разве не преобладает везде в этих местах тоже патриархальщина, обломовщина, полудикость?

Мыслимо ли осуществление непосредственного перехода от этого преобладающего в России состояния к социализму? Да, мыслимо до известной степени, но лишь при одном условии, которое мы знаем теперь, благодаря одной громадной и завершенной работе, точно. Это условие - электрификация".

Следовательно, возможность вовлечения всей территории страны в общий процесс экономического и культурного развития Ленин видел в первоочередном опережающем развитии энергетической системы. В этом был смысл плана ГОЭРЛО, явившегося базой для разработки схемы расселения в пределах центрально-промышленного района европейской части страны с территорией более 1 млн. кв. км и населением около 40 млн. чел. (в пределы района полностью или частично входили территории 18 губерний). В этой схеме все основные поселения рассматриваются как связанные единой транспортной сетью элементы общей системы расселения, причем учтены существующие тенденции развития городов (выделены развивающиеся центры) и выявлены промышленные центры, которые предстоит развивать в будущем. В этой схеме как бы расширяется и доводится до внешних границ центрально-промышленного района тяготеющая к Москве экономическая агломерация (на севере - Кострома, на западе - Минск, на юге - Белгород, на востоке - Тамбов), при этом в дополнение к трем кольцам городов, предусмотренных "инфлюэнтограммой" Сакулина, добавляется четвертое, основные города которого (Нижний Новгород, Курск, Смоленск) связываются с Москвой радиальными железнодорожными линиями, а между собой - полукольцевой магистралью.

Таким образом, для центрально-промышленного района была предложена единая система расселения, а сам район рассматривался как сфера экономического влияния Москвы. Вместе с тем учитывалось изменение характера и степени влияния Москвы в зависимости от удаления от нее того или иного города, что было подчеркнуто созданием ряда кольцевых магистралей, как бы подразделяющих весь экономический район на несколько зон. Поселения района рассматриваются как единая система расселения с четкой внутренней иерархией городов. Близкие к Москве города имеют с ней тесные экономические, культурные, даже трудовые и иные связи. По мере удаления от Москвы многие связи ослабевают, сохраняются основные экономические связи, сами города укрупняются, превращаясь в местные культурно-промышленные центры. Крупные города, расположенные на периферии района, рассматриваются как центры местной агломерации- вокруг них создаются окружные магистрали (железнодорожная и шоссейная), связывающие тяготеющие к ним поселения. При этом на пересечении основных магистралей экономического района с местными окружными дорогами предлагается создавать новые населенные пункты, т.е. транспортный узел рассматривается как важный градообразующий фактор.

К началу страницы
Содержание    2.5. Концепция города-сада и проблема реконструкции крупного города...  2.7. Особняк или рабочая казарма?