Главная
Новости сайта
Анатомия профессии
Основные даты
Жилые дома
Общественные здания
Градостроительство
Архитектурные конкурсы
Недостоверные объекты
Карта Киева
Архив
Библиотека об Алешине
* Публикации
* Тематические блоги
* Журналы, газеты
* Видеоматериалы
Глоссарий
Книжная полка
Ссылки
Автора!
Гостевая книга
 
Поиск







Copyright © 2000—
Вадим Алешин
Публикации
Селим Хан-Магомедов
Архитектура советского авангарда

Книга первая
Проблемы формообразования. Мастера и течения

1. Архитектура СССР. - 1933. - № 3-4. - С. 18. Вернуться в текст
2. Буров А. Правда материала // Архитектура СССР. - 1934. - № 4. - С. 36. Вернуться в текст
3. Андрей Константинович Буров. Письма. Дневники. Беседы с аспирантами. Суждения современников. - М.. 1980. - С. 78-79. Вернуться в текст
4. Там же. - С. 53-54, 60. Вернуться в текст


Глава 9. От авангарда к постконструктивизму и далее

14. А. Буров - от разочарования в конструктивизме к разочарованию в школе Жолтовского

А. Буров
В отличие от Г. Гольца полный разрыв с конструктивизмом А. Бурова был бурным и для многих неожиданным. Это произошло в первой половине 1931 г. после его возвращения из поездки за границу (Германия, Франция, США). В 20-е годы он был последовательным конструктивистом, внеся значительный творческий вклад в развитие этого течения. Его обращение к классике было связано отнюдь не с тем, что его не удовлетворяло теоретическое кредо конструктивизма, провозглашавшее функционально-конструктивную целесообразность архитектурной формы. Познакомившись за рубежом с постройками в духе новой архитектуры, Буров увидел в них то, что почему-то не замечал в работе советских конструктивистов: в основе формообразования и в архитектурном авангарде лежала эстетическая концепция. Он искренне считал себя обманутым, ибо до этого ему казалось, что главное в конструктивизме - это поиски конструктивно целесообразной формы, максимальное выявление нового материала и функции.

Вернувшись из заграничной поездки, А. Буров со свойственным ему темпераментом на одном из творческих совещаний подверг резкой критике принципы конструктивизма (что вызвало острую дискуссию). Он отошел от конструктивизма и обратился к классике еще в тот период, когда советский архитектурный авангард переживал расцвет. В таком отходе проявились бескомпромиссность Бурова и его искреннее желание найти пути создания современного стиля.

Выступая в 1933 г. на первой творческой дискуссии, Буров, пожалуй, резче, чем многие другие сторонники освоения наследия, отвергал концепцию конструктивизма: "Когда я приезжал из Америки и Парижа, я говорил здесь, что вещи Корбюзье эстетски рафинированы, что природа его архитектуры иная, чем нам кажется отсюда..., эстетика конструктивизма таким образом идет совершенно из других источников, чем хотел это представить сам конструктивизм... Однако теперь ясно, что нельзя ограничивать себя азбукой Морзе: железобетон - стекло, стекло - железобетон. Необходимо разговаривать всеми доступными архитектуре средствами... Не надо поспешно критиковать нашей новой работы над освоением наследства.., подождите, имейте терпение, дайте доделать"1.

Буров с увлечением изучает наследие классики, стремясь в творениях зодчих прошлого найти гармонию конструкции и формы, правду материала. Он осваивает классику в искреннем убеждении, что "во все эпохи, давшие образцы высокого искусства, материал является одним из средств раскрытия художественного образа, определяет технику произведения искусства и служит не только средством, но и элементом художественной выразительности, сохраняя присущие ему технологические свойства". Анализируя различные эпохи в развитии мировой архитектуры, Буров высоко оценивает гармонию формы и материала в древней Греции, отмечая, что уже в древнеримской архитектуре "вкрадывается первая неискренность по отношению к художественной правде материала" и считает, что "Ренессанс изменяет принципу правдивости конструкций и материалов и вводит штукатурку, способную надеть любую маску на кирпичную постройку". По мнению А. Бурова, современные материалы (железобетон, металл, пластмассы), хотя и позволяют "добиться любых иллюзий", не должны использоваться для создания имитаций. Он призывает "к правдивому использованию этих материалов", считая, что "должно быть найдено то равновесие между материалами и формами, что определяет греческое искусство"2.

А между тем то неоклассическое направление, на позиции которого в поисках "правды материала" перешел Буров под влиянием концепции Жолтовского, все больше ориентировалось на освоение принципов творчества мастеров Ренессанса. Такое развитие нового направления противоречило тем принципам формообразования, которые искал в классике Буров. Порвав с конструктивизмом из-за его конструктивной "неправдивости" (имитировали железобетон, штукатуря кирпичные стены), Буров вновь переживает творческий кризис, ибо и неоклассика оказалась не такой уж правдивой по отношению к материалам, как это ему сначала казалось.

Сомнения в правильности ориентации на освоение классики возрастают, когда Буров в конце 1935 г. едет в Италию. Восхищаясь художественным совершенством произведений мастеров Ренессанса, он в то же время придирчиво анализирует характерную для них взаимосвязь форм и конструкций. Он с досадой отмечает, что в палаццо Питти "размер камней немасштабен архитектурно и неразумен с конструктивной стороны", удивляется, "как можно пытаться отыскать какие-либо закономерности" у Палладио. "будь то пропорции и конструктивные принципы", так как "Палладио - ложно классичен", а его городские постройки "лишены подлинного понимания античности"3.

Уже в Италии Буров меняет отношение к своему вчерашнему кумиру Жолтовскому. В ноябре 1935 г. он записывает в своем путевом дневнике: "Чем больше я смотрю, тем больше убеждаюсь в том, что Жолтовский, будучи совершенно прав в необходимости иметь школу, совершенно неправ в своих подражательских формалистических тенденциях... Именно в Италии со всей отчетливостью видно... огромное умение больших мастеров отвечать на задачи, которые ставила перед ними эпоха. Никто никого не копировал, а, изучив старое, создавали новое для конкретных исторических условий и живых людей...

Методы строительства и бытовые условия, стиль, создаваемые Жолтовским, так же нелепы, как карабинеры в треуголках и фраках с красными отворотами. Корбюзье несравненно лучше Жолтовского понял и изучил Рим... Всю теорию, все знания Жолтовского нужно поставить вверх ногами. Попытки архитекторов построить сооружения на ренессансных принципах, но в современных формах, приводят к неудачам. Вовсе не стоит проблема - классика или конструктивизм. Конструктивизм - такой же маразм, как и академизм. Нет, нужно научиться понять, каким образом классики умели давать образ своей эпохи, оставаясь как раз совершенно индивидуальными и неповторимыми, научиться у них разговаривать на великом языке искусства и рассказывать свое. Как вы ошибались, Иван Владиславович!"4.

К началу страницы
Содержание    9.13. Г. Гольц - лидер "квадриги Жолтовского"  9.15. Первые симптомы кризиса "сталинского ампира"