Главная
Новости сайта
Анатомия профессии
Основные даты
Жилые дома
Общественные здания
Градостроительство
Архитектурные конкурсы
Недостоверные объекты
Карта Киева
Архив
Библиотека об Алешине
* Публикации
* Тематические блоги
* Журналы, газеты
* Видеоматериалы
Глоссарий
Книжная полка
Ссылки
Автора!
Гостевая книга
 
Поиск







Copyright © 2000—
Вадим Алешин
Публикации
Селим Хан-Магомедов
Архитектура советского авангарда

Книга первая
Проблемы формообразования. Мастера и течения

1. Зрелища. - 1922. - № 8. - С. 9; Печать и революция. - 1922. - № 6. - С. 306; № 7. - С. 143, 343. Вернуться в текст


Глава 3. Взаимодейстние архитектуры и левого изобразительного искусства

9. Ранний конструктивизм на этапе "от изображения - к конструкции"

Зал с пространственными конструкциями К. Иогансона, К. Медунецкого, А. Родченко, В. Стенберга и Г. Стенберга на "Второй весенней выставке Обмоху" в Москве. 1921

Пожалуй, один из наиболее мощных стилеобразующих импульсов (наряду с экспериментами в рамках супрематизма) современная предметно-пространственная среда получила из сферы экспериментальных поисков в период раннего конструктивизма, того этапа, который был назван теоретиками этого течения "от изображения - к конструкции".

По степени концентрации творческих усилий процесс формообразования (и стилеобразования) с ориентацией на конструкцию нарастал до 1921 г., для которого были характерны наиболее интенсивные эксперименты с пространственными конструкциями.

Затем наряду с формально-эстетическими экспериментами началось широкое внедрение "конструкции" в различные сферы предметно-пространственной среды (вещь, праздничное оформление, архитектура, театр и др.). Наступил этап "от конструкции - к производству".

Движение к конструкции зародилось в среде художников, занимавшихся экспериментами с отвлеченной формой. Однако как теоретики, так и сами художники не сразу оценили роль экспериментов с конструкцией для процессов стилеобразования. Чтобы оценить роль этапа "от изображения - к конструкции" в общем стилеобразующем процессе, важно понять, почему же не сразу вещь, а сначала конструкции.

Сменить стилевую оболочку предметного окружения, разумеется, можно было и без обращения к конструкции. Причем сменить самым радикальным образом, как это предлагал, например, К. Малевич, используя простые геометрические формы и цвет. Тогда это действительно было важно, но для общих процессов стилеобразования только такой импульс формообразования был недостаточен.

Тогда требовался и такой импульс, который принципиально (а не только по художественным приемам) отличался бы от традиционного подхода к формообразованию вещи. Такой импульс и был найден в самой конструкции, в ее связи с функцией вещи и с технологией производства. Но чтобы добраться до этого формообразующего импульса нужно было сделать ставку на конструкцию как структурную основу вещи.

Роль этого "конструктивного" импульса формообразования не сразу и не всем была понятна.

Обращение группы художников в начале 20-х годов к экспериментам с пространственными конструкциями следует рассматривать как важнейший этап переориентации в художественных процессах формообразования с приемов внешней стилизации на приемы конструирования. Это был вклад московской школы художников-конструктивистов в общий процесс формирования нового стиля.

1921 г., который стал решающим для этапа "от изображения - к конструкции.", ознаменован интенсивными экспериментами с пространственными конструкциями прежде всего членов Рабочей группы конструктивистов ИНХУКа - К. Иогансона, К. Медунецкого, А. Родченко, В. Стенберга, Г. Стенберга. Это был мощный коллективный залп.

Эксперименты с отвлеченными пространственными конструкциями помогли ввести в формировавшуюся тогда концепцию формообразования конструктивизма конструирование как важнейший прием художественного поиска, а не просто как техническую основу заранее найденной художественной формы. Эта подчеркнутая формообразующая роль конструкции придала затем конструктивизму особую "конструктивную" специфику, что проявилось и в стилеобразующих процессах.

Эксперименты с пространственными конструкциями были не просто эпизодом, а важным этапом в переориентации процессов формообразования в ходе становления конструктивизма.

Но, как известно, художественное творчество в принципе не может развиваться без выработки новых средств и приемов художественной выразительности. В творчестве вовлеченных в "производственное движение" художников происходили свои, свойственные художественной сфере процессы. В ходе экспериментов с отвлеченной формой были испробованы самые различные приемы формообразования. Среди них были и такие, которые ориентировались на выявление во внешнем облике структуры, конструкции и материала. В этих поисках постепенно формализовались некие важные элементы нового стиля. К 1921 г. уже обозначалась основная стилеобразующая струя в этих поисках, а в 1921-1922 гг. происходил бурный процесс кристаллизации зримых (а не только декларируемых) средств, и приемов нового творческого течения.

Огромный стилеобразующий потенциал, заключенный в раннем конструктивизме, и сделал это течение таким влиятельным в новом искусстве XX в.

Среди художников, внесших значительный вклад в становление раннего конструктивизма, можно прежде всего назвать В. Татлина, А. Родченко, Н. Габо, В. Стенберга, Г. Стенберга, К. Медунецкого, К. Иогансона, Л. Попову, А. Веснина, Г. Клуциса, В. Степанову, А. Лавинского, А. Экстер.

Однако в этом общем процессе можно выделить линию, которая в стилеобразующей концепции конструктивизма сыграла важную роль в поисках основного стилевого модуля, сопоставимого со стилевым модулем супрематизма.

Безусловно, первоначальный мощный творческий импульс всему формообразующему процессу в рамках конструктивизма дали контррельефы и Башня Татлина. Затем та тенденция формообразования, которая в начале 20-х годов многое определила в стилистике конструктивизма, была связана с экспериментами с отвлеченными ажурными пространственными конструкциями. Основную роль здесь сыграли те члены Рабочей группы конструктивистов ИНХУКа, работы которых были показаны на выставке Обмоху 1921 г., т. е. А. Родченко, В. и Г. Стенберги, К. Медунецкий и К. Иогансон. Место и роль их пространственных конструкций в реальных процессах формообразования на этапе раннего конструктивизма в целом в процессе исследования удалось определить. Сложнее обстоит дело с оценкой роли и места пространственных конструкций Н. Габо, A. Певзнера и Г. Клуциса.

Дело в том, что реальное влияние на стилеобразующие процессы оказывают лишь те работы, которые становятся известными в среде художников, т. е. которые экспонируются на выставках или публикуются в печати.

Для начала 20-х годов, когда стилеобразующие процессы в рамках конструктивизма на этапе "от изображения - к конструкции" носили не эволюционный, а взрывной характер, все решалось в крайне сжатые сроки - имели значение месяцы и даже недели. Решающим был 1921 г. Выставка Обмоху (и последующее экспонирование показанный на ней пространственных конструкций на других выставках) ввела в художественную сферу мощный стилеобразующий фактор.

Это было всеми замечено, и имена участников этой выставки уже в начале 20-х годов связывались со становлением раннего конструктивизма. Б. Арватов во многих статьях начала 20-х годов, анализируя роль различных левых художников в формировании конструктивизма, перечисляет следующих зачинателей этого течения, располагая их по значимости вклада (или, скорее, по последовательности подключения к процессу творческих поисков) - B. Татлин, А. Родченко, группа художников из Обмоху (К. Медунецкий, В. Стенберг, Г. Стенберг).

Статьи Б. Арватова1 свидетельствуют: в 1922 г. он считал, что конструктивизм олицетворяют Татлин, Родченко и группа Обмоху.

К началу страницы
Содержание    3.8. Контррельефы и Башня Татлина  3.10. Пространственные конструкции К. Иогансона...